rus_vopros: (Default)
главное во всей этой каше -- расы и расовое смешение





https://youtu.be/cAwF2mGLoGo


и последующая термоядерная война, развязанная нечистыми ...

Апокалипсис ...




rus_vopros: (Default)
а это настоящий националист, Александр Кузьмич Иванов - Сухаревский,
на митинге 4 ноября 2015 г.
Кроме Кузьмича , -- и слушать-то нечего ... УВЫ !!!


https://youtu.be/Cc_KiiK1Oyc



Мы победим :





https://youtu.be/GQowhsiCRsY


правда переводчик перепутал евреев с жидами, -- ну да ничего, разберутся ...

rus_vopros: (Default)
демура -- первый живой человек в руской элите ,

а севастьянов путает РОССИЮ и РФ-ю , -- мудак просто ...

Демура блистает среди туповатого младшего Миронова и путающего всё на свете Севастьянова ...



https://youtu.be/3CmU2WDH-n8





Демура, Севастьянов, и младший Миронов все бла-бла-бла ...
rus_vopros: (Default)
Солж оказался недосягаем ни для власти ни для населения рф-ии, -- как ни печально это осознавать ... никто не хочет ни читать его наследие литературное  ни думать о нашем руском вопросе ...,  сайт официальный недоступен и что творится непонятно с памятью о величайшем руском националисте !




Пора все же нам возвращаться в свою рускую  Семью, так и не обустроенную и уже разоренную оккупационным режимом дотла за 25 лет непонятного время провожднения на территории недоРОССИИ недопрезидентов РФ-ии , -- статья Алекксандра Солженицына "Как нам обустроить Россию?" оказалась просто им, этой власти в лице оккупационного режима,  не нужна как и сам Солж со своим могучим литературным и научным наследием.
Как же нам обустроить Россию? Интересно, кто бы взялся сегодня предугадать, когда для нас этот вопрос перестанет быть актуальным? Одно ясно, что даже во многие десятилетия мы не уложимся. Вот почему эту статью Солженицына и сегодня нельзя читать и не без внутреннего волнения и не без ощущения жесточайшей обречённости.
 И надо сказать, что явно слышимая в статье острая тревога автора за настоящую историческую Россию,  – почему ? Да потому что эта сегодняшняя адм. окк. режима РФ-ии поджигает эту территорию со всех сторон.
И сегодня наша тревога имеет ещё большие основания. Так, в начале своей статьи Солженицын упоминает в то время «наши ранние смерти». А ведь согласно докладу ВОЗ, в 1990-х годах ситуация с ними была даже чуть лучше, чем в 2000-х. В 1990 году ожидаемая продолжительность жизни мужчин составляла 63 года, а в 2000-м – 58 лет, продолжительность жизни женщин достигла в 1990 году 74 лет, а в 2000-м она снизилась на два года. И по сути, в 2009 году  смогла просто вернуться к показателям 90-х, и никакого демографического бума не произошло.
Восклицание Александра Исаевича в начале статьи о том, что, несмотря ни на что, в для руского человека нет ничего важнее и «первей нашей национальной гордости», на мой взгляд, требует отдельного комментария.
Автор написал буквально следующее: «Таков человек: ничто нас не убедит, что наш голод, нищета, ранние смерти, вырождение детей - что какая-то из этих бед первей нашей национальной гордости!».  Солженицын пишет, что, поскольку национальная гордость «первей», то он вынужден «начинать не со сверлящих язв», «но с ответа: как будет с нациями?» Но вынужден главным образом потому, что к тому времени некогда братские народы один за другим стали вываливаться из некогда, по выражению Розанова, «тёплого рукава» Империи. Напомним, что 15 января в 1990 года в Нагорный Карабах были введены войска, 18 января Азербайджан объявил войну Армении, 19 –го во время ввода войск в Баку погибло 125 человек. В начале марта объявила о независимости Литва и туда вошли советские танки , а 23 марта Эстония приостановила на своей территории действие Конституции СССР.
Присягнувший на ней в качестве президента СССР Горбачёв, уже выглядел фигурой весьма условной. Тем более, что вскоре, 6 июня, российский парламент голосует за приоритет российских законов над всесоюзным законодательством . А 12 июня РСФСР официально провозглашается суверенным гocyдapством.
Солженицын закончил свою статью в июле. А 14 августа 1990 года президент СССР Горбачев издает указ о реабилитации жертв сталинских репрессий и о возвращении гражданства высланным из страны диссидентам, включая Солженицына.
Статья "Как нам обустроить Россию?" была опубликована в "Комсомольской Правде" 18 сентября 1990 года.
Надо отдать должное Александру Исаевичу. Пожалуй, в то время никто не дал себе труда и не смог бы в этом воистину обвале и «на последнем докате», высказаться столь широко и столь подробно по всем аспектам строительства новой России.  Многое и сегодня воспринимается как задание на завтра. Потому, что по большому счёту ни одна из затронутых Солженицыным проблем и по сегодня не решена ... и при таком режиме и не может быть решена.
Обращение Солженицына в 1990 году, прежде всего к национальному вопросу, конечно, было продиктовано не столько тем, что этот вопрос, по его мнению, для массового сознания был «первей». Большинство населения, на самом деле, и в то время было озабочено в первую очередь хлебом насущным. Но Солженицын, сознательно обостряет, ставит национальный вопрос на первое место, потому что он видел и чувствовал, что развал Союза болезненно отзывается в сердцах руских людей, гордящихся широтой страны.
В отличие от других национальных образований РФСР была единственной республикой, где национальные силы как таковые не оказывали никакого влияния на политическое руководство. Руские, будучи цементом, скрепляющим громадную постройку Советского Союза, оказались самыми бездомными и неприкаянными при крушении красного совка.
Солженицын первым ясно и внятно сказал: Союз всё равно развалится!
На его удержание у руских не хватит ни сил и ресурсов! Спасайте Россию!
Почему мы до сих пор всерьёз и надолго не перешли именно к этой повестке дня, к построению именно национальной России?
Ответ на него в мы находим и у самого Солженицына. Своим заклинанием «Нет у нас сил на империю!», он по сути подтолкнул тогдашнее Ельцинское руководство к сдаче всех позиций, к безоглядному бегству в искусственные границы РСФСР, где руские до сих пор остаются тем же скрепляющим цементом. Почему, обозначив Казахстан как территорию, состоящую наполовину из Южной Сибири и Южного Урала, населённую больше чем наполовину рускими, Солженицын ясно и чётко не поставил вопрос о разделе этой республики? Упомянув собственно казахскую часть областей Казахстана, автор прекраснодушно заявил: «И коли в этом охвате они захотят отделиться – то и с Богом». Александр Исаевич явно недооценил этнократические силы в республиках, которые при попустительстве либеральной российской власти и отсутствии и собственно руского национального движения забрали себе то, что им никогда не принадлежало. А ведь если, бы в своё время было в полный голос заявлено, что, по крайней мере южный Казахстан и полуостров Крым подлежат возврату , то по крайней мере исход руских из этнических рспублик не был бы таким скоротечным и трагичным. Дело ведь не в территориях, а в людях. Солженицын в главке «Процесс разделения», высказав мнение о «нашем отделении» от нежелательных соседей, подчеркнул, что процесс этот «нельзя произвести одноминутной декларацией». Но всё именно так и случилось.
Для реального сценария раздела, ни уточнения «по истинному расселению», ни «местные плебисциты под беспристрастным контролем» не пригодились.
Именно в этом месте, на мой взгляд , автор неожиданно для себя впал в противоречие. Нельзя же, в самом деле, одновременно выказывать безбрежную уступчивость бывшим "друзьям" РН, неистово и поспешно срывать с себя совецкую обузу и налаживать «безболезненную разъёмку безполезных совецких  народных хозяйств».
 Руководителям РФ-ии даже в голову не пришла мысль позаботится об интересах миллионов соотечественников, вдруг ставших чужими на празднике самоопределения этнических окраин. Солженицын, к сожалению, в своей статье ясно не обозначил, что РСФСР, как республика, наследующая совок была обязана стать главным арбитром бракоразводного процесса с целью обеспечить как минимум безопасность РН!
Ведь, к сожалению, многое тогда решалось, не исходя из интересов руского разделённого народа, а по логике борьбы ельцинского руководства с союзным центром.
Что касается Вкраины, то Солженицын недооценил силы и средства вкраинского национализма, имеющего мощную зарубежную поддержку.
Вкраинская националистическая элита, опирающаяся на идеологию, историю, на мучеников и пророков самостийничества, поставила себе цель любыми средствами добиться независимости.
Даже ЦЕНОЙ отказа от экономической интеграции с РФ-ией. А пророссийские силы на Вкраине проиграли ещё и потому, что сама РФ-я никогда не была образцом для подражания и равнодушно взирала на стремление окраин к рускому единству.
Таким образом, и чаемый Солженицыным Российский Союз без двенадцати республик не состоялся. А империя, которую мы гнали в дверь, сегодня возвращается в окно.
И никуда мы не денемся, если не хотим на своих границах получить НАТовские форпосты наподобие Грузии, от поддержки бывших братьев по Союзу.
Империя – судьба грядущей России. В других уже формах, но имперская Россия существует.
Хотя , опять же в рамках Российской Федерации уже давно остро стоит вопрос о выживании руской нации.
 Ведь до сих пор огульная поддержка рождаемости приводила к ещё большему национальному перекосу не в пользу руских. Подчеркну, что это, пожалуй, первые и единственные пока шаги центральной российской власти в сторону руского этнического большинства. В остальном же, перефразируя, известное выражение Радищева: «Крестьянин в законе мёртв», мы с полным правом можем то же самое сказать о руском.
Руский, как представитель пока самого многочисленного народа в основном законе и прочиз законах РФ-ии мёртв.
В отличие о татар, чеченцев, башкир и якутов у него нет своей государственности. Еврей в автономной области, ингуш в Ингушетии чувствуют себя представителями титульной нации, а русский в РФ-ии обязан быть россиянином. А случится ему заявить свои права именно как русскому, ему уготованы 282-я статья УК и дубинка полицая из центра по борьбе с экстремизмом «Э».
Ныне как то даже неудобно читать в статье писателя главу «Слово к малым народам и народностям». И здесь Александр Исаевич готов отпустить всех на волю, не оговорив интересы руских. С каким-то даже сочувствием автор пишет о татарах и башкирах, которые в случае отделения будут «вкруговую охвачены» другим государством. И далее читаем: «У иных национальных областей – будет внешняя граница, и если они захотят отделяться – запрет не может быть и здесь». Как тут не вспомнить знаменитое заявление Ельцина в Уфе 6 августа 1990 года: «Берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить» и последующие кровавые чеченские войны. Такими заявлениями мы ввели в искушение чеченского волка, и он не преминул воспользоваться слабостью руского медведя.
  Александр Исаевич собственно и предложил некие формы, в которых может структурироваться хаос руской жизни. Но и сегодня всем нам кажется, что руское будущее так же непредсказуемо, как и двадцать пять или 60 лет назад.
Россия Солжницына – один из самых привлекательных и один из возможных проектов, который должен стать привлекательным не только для горстки интеллектуалов. Чтобы «сказка стала былью» нужна большая Вера, нужно содружество и сотворчество всех здоровых сил нации.
 Почему Солж, будучи духовным национальным лидером , не стал её политическим вождём? Почему не попытался возглавить руское национальное движение, которое по сути было отдано на откуп маргиналам?
Кстати, в 1944-м ,  перед арестом капитан Солженицын призывал своих единомышленников беречь силы для активной борьбы после войны.
Почему после крушения «бетонной постройки коммунизма» он не попытался , не только словом, но и делом обустраивать Россию?
Кому он адресовал своё послание в 1990 году?
Может он надеялся, что в ответ поднимется некая общественная сила, которая и станет субъектом истории, воплощая в жизнь план Солженицына?
Ясно одно, что довольно скоро, Александр Исаевич разочаровался и в новых правителях РФ-ии.
В 1998 году он был награждён орденом Святого Андрея Первозванного, однако от награды отказался. Заявил : «От верховной власти, доведшей историческую Россию до нынешнего гибельного состояния, я принять награду не могу».
Но к концу жизни, почему он без оглядки на совецкий страх перед национализмом, прямо  заявил, что именно нация содержит тот двигатель, который запускает возрождение государства.
Совсем не случайно на рабочем столе Солженицына осталась неоконченной статья с говорящим названием «Беглецам из Семьи». Вот несколько набросков из неё:
«Что есть Народ (или, по-западному, Нация)? Исконными связями (кровной и душевной) единая Семья, весьма обширная по численности и длительная по существованию».
« Многие и многие годы нам было естественно: представляя себя, объяснять: "я - руский", "мы - руские". Но уже в раннесовецкие годы это воспринималось осудительно или даже с подозрением в контрреволюции (тогда - всю рускую историю рисовали как позорную).
И так было - до годов грозной войны, когда власти в панике всё опрокинули наоборот.
Но сегодня та же память "мы - руские" снова стала раздражать слух в Обществе. Впрочем, запретность легла не на нас одних: и всякое упоминание о национальной принадлежности считается ныне позорным.
А история нашей Планеты показывает нам напротив: как и после трёхтысячелетнего рассеяния по Земле - духовно стойкие хаананеане, украв этническое имя "евреи" правдой и ложью ощущают, хранят и защищают своё национальное сознание ещё страстней, чем религиозное единомыслие».
И ещё цитата:
«Нам теперь настойчиво вталкивают рекомендоваться: "мы - россияне". То есть найти себе опору не в духовном наследном сознании, а - по признаку теперешней федеральной принадлежности? Странная зацепка.
ли, может, "мы - рас-сияне"? - то есть рас-терявшие сияние душевного света? По нашему сегодняшнему реальному состоянию - да, именно так».
 И понятно, что Солженицына, в контексте руского национального движения можно назвать предтечей, но не мессией. Его идеи по обустройству России будут востребованы. Они, повторяю, не потеряли своей новизны и правоты, - стали и ещё актуальней, но ...
Но воплощать в жизнь их будут уже другие руские люди,  ибо сегодня полным ходом идёт русская этническая мобилизация и в недалёкой перспективе Российская Федерация станет всё-таки государством руского народа, о чём собственно и мечтал Александр Исаевич Солженицын. Ведь главный смысл и последней его статьи: Пора возвращаться в национальную семью!
Идентификация по национальному признаку только набирает силу, ибо сам мир изменяется после многих лет интернационального террора.
Если процесс «национализации» искусственно сдерживать, то не исключено, что это будет чревато серьезным конфликтом между значительной частью населения и полиэтничной антиэлитой (дегенератами) РФ-ии. Зависит это  от того, насколько успешно мы усвоим уроки Солженицына.



rus_vopros: (Default)
Полемика Григория Померанца и Александра Солженицына по дана в изложении Солжа, -- сам Померанц известен как автор философских работ, распространявшихся в самиздате в 1960-70-е годы
и оказавших большое влияние на либеральных образованцев.




Вся эта полемика велась между двумя заметными диссидентами в СССР. В диссидентских кругах были самые разные люди:
от коммуниста Зиновьева до националиста и антисоветчика Солженицына. Но самым мощным диссидентским течением было либеральное, представленное Сахаровым и Померанцем.
Их сторонники самым безжалостным сугубо "либеральным" способом, разорили чуждые им во всех отношениях (и нам, националистам, но не разорявшим) народы СССР и РФ-ии ( народы как совецкие так и неосовецкие, -- но и национальное население на территории исторической РОССИИ , территории, заселённые чуждыми им по менталитету и культуре народами ).
Не имея возможности описать в статье многолетнюю заочную полемику либерала Померанца с руским националистом Солженицыным, даём изложенную Солжом переписку по поводу книги "В круге первом", -- но письма Померанца Солжу доказывают, что сам автор Померанц, отрицая в своём творчестве национальные и этнические различия, на самом деле выделяет свою национальность (израиловка) и, по существу, является русоненавистником, одновременно: боящимся руского национализма и высокомерно осуждающим руских.
Выборка из "Двести лет вместе":
Глава 25 – Оборот обвинений на Россию.
«Однако ото всех этих откровенных грубостей надо отличить бархатно мягкого самиздатского философа-эссеиста тех лет Григория Померанца. Он писал на высотах как бы выше всяких полемик — вообще о судьбах народов, вообще о судьбах интеллигенции: народа — теперь почти нигде и не осталось, разве бушмены. В самиздате 60-х годов я читал у него: «Народ — преснеющая жижица, а главные соляные копи в нас самих», в интеллигентах. — «Солидарность интеллигенции, пересекающая границы, более реальная вещь, чем солидарность интеллигенции с народом».
Это звучало очень современно и как-то по-новому мудро.
Да вот только в чехословацком опыте 1968 именно единение интеллигенции с «преснеющей жижицей» своего несуществующего народа создало духовный оплот, давно забытый Европою: две трети миллиона совецких войск не сокрушили их духа, а сдали нервы у чехословацких коммунистических вождей (спустя 12 лет такой же опыт повторился и в Польше).
В своей манере, ускользающей от чёткости, когда множество параллельных рассуждений никак не отольются в строгую ясную конструкцию, Померанц, кажется, никак же не писал при этом о национальном, — о нет! «Мы всюду не совсем чужие. Мы всюду не совсем свои», — и вот воспевал диаспору как таковую, диаспору — в общем виде, для кого угодно. Он брёл сквозь релятивизм, агностицизм — кажется, в высочайшей надмирности. «И один призыв к вере, к традиции, к народу анафематствует другой». —«По правилам, установленным для варшавских студентов, можно любить только одну нацию», — а «если я кровью связан с этой страной, но люблю и другие?» — сетует Померанц.
Тут — изощрённая подстановка. Конечно — и нацию, и страну можно любить далеко не только одну, и даже хоть десять.
Но принадлежать, но сыном быть — можно только одной Родины, как можно иметь только одну мать.
Чтобы лучше передать предмет рассмотрения, уместно тут рассказать и об обмене письмами, который был у нас с четой Померанцев в 1967. В тот год уже разошёлся в самиздате мой роман, ещё только гонимая рукопись, «В круге первом», — и одними из первых прислали мне возражения Г.С. Померанц и его жена З.А. Миркина: что я ранил их неумелостью и неверностью касания к жидовскому вопросу; что в «Круге» я непоправимо уронил евреев — а тем самым и себя самого. — В чём же уронил? Кажется, не показал я тех жестоких евреев, которые взошли на высоты в зареве ранних советских лет. — Но в письмах Померанцев теснились оттенки, нюансы, и я упрекался в бесчувственности к жидовской боли.
Я им ответил, и они мне ответили. В этих письмах обсуждено было и право судить о целых нациях, хотя я в романе и не судил.
Померанц предложил мне тогда, — и всякому вообще писателю, и всякому выносящему любое человеческое, психологическое, социальное суждение, — вести себя и рассуждать так, как если б никаких наций вообще не было на Земле: не только не судить о них в целом, но и в каждом человеке не замечать его национальности. «Что естественно и простительно Ивану Денисовичу (взгляд на Цезаря Марковича как на нерусского) — интеллигенту позорно, а христианину (не крещёному, а христианину - как это некрещеный Христианин ???) великий грех: «несть для меня ни эллина, ни иудея».
Вот такая точка зрения. Дай Бог нам всем когда-нибудь к ней подняться. Да без неё — и смысла бы не имело ничто общечеловеческое, в том числе и Христианство?
Но: они уже убедили нас разрушительно один раз, что — наций нет, и научили поскорей уничтожить свою.
Что мы, безумно, и совершили тогда.
И ещё: рассуждать — не рассуждать, но как же рисовать конкретных людей без их нации?
И ещё: если наций нет — тогда нет и языков?
А никакой писатель-художник и не может писать ни на каком языке, кроме национального. Если нации отомрут — умрут и языки.
А из порожнего — не пьют, не едят.
Я замечал, что именно жиды чаще других настаивают: не обращать внимания на национальность! при тут чём «национальность»? какие могут быть «национальные черты», «национальный характер»?
И я готов был шапкою хлопнуть оземь: «Согласен! Давайте! С этой вот поры …».
Но надо же видеть, куда бредёт наш злополучный век. Едва ли не больше всего различают люди в людях — почему-то именно нацию. И, руку на сердце: настороженней всех, ревнивее и затаённее всех — отличают и пристально отслеживают — именно жиды, -- свою нацию (которой у них нет и быть не может -- моё прим.).
А как быть с тем, что — вот, вы читали выше — что они так часто судят о руских именно в целом, и почти всегда осудительно?
Тот же Померанц: «болезненные черты руского характера», среди них «внутренняя шаткость» (и ведь не дрогнет, что судит сразу о нации. А поди-ка кто вымолви: «болезненные черты жидовского характера»?). Руская «масса разрешила ужасам опричнины совершиться над собой, так же как она разрешила впоследствии сталинские лагеря смерти» (нет, не совецкая интернациональная чиновная верхушка разрешила, нет, она ужасно сопротивлялась! — но эта тупая масса …). Да ещё резче: «Руский национализм неизбежно примет агрессивный, погромный характер», — то есть всякий руский, кто любит свою рускую нацию, — уже потенциальный погромщик!
Выходит, с теми чеховскими персонажами на несостоявшейся ранневесенней тяге остаётся и нам только вздохнуть: «Рано!».
Но самое замечательное: чем увенчивается второе письмо ко мне Померанца, так настойчиво требующего — не различать наций!
В этом многолистном бурном письме (и самым раздражённым, тяжёлым почерком) он указал-таки мне, и притом в форме ультиматума! — как ещё можно спасти этот отвратительный
«Круг первый». Выход у меня такой: я должен обратить Герасимовича в жида! — чтобы высший духовный подвиг в романе был совершён именно им, жидом! «То, что Герасимович нарисован с руского прототипа, совершенно не важно», — так и пишет, незамечатель наций, только курсив мой. Но, правда, давал мне и запасной выход: если всё же оставлю Герасимовича руским, то добавить в роман равноценный по силе образ благородного самоотверженного жида. А если я ни того ни другого не сделаю — то угрожал Померанц открыть против меня публичную баталию (но на это предложение я уже не отвечал).
Кстати, потом эту одностороннюю баталию — называя её «нашей полемикой» — он и вёл, в зарубежных изданиях и в СССР, когда стало можно, притом повторяясь, и перепечатывая те же свои статьи с исправлениями огрехов, отмеченных оппонентами».



rus_vopros: (Default)
Часть 2 по ссылке -- http://rus-vopros.livejournal.com/6450320.html
Основной и достигнутой целью книги Солженицына ("Двести лет вместе") можно считать искоренение откровенного исторического вранья.
Часть 1 :

«Цель этой моей книги ("Двести лет вместе"), отражённая и в её заголовке, как раз и есть: надо нам понять друг друга, надо нам войти в положение и самочувствие друг друга. Этой книгой я хочу протянуть рукопожатие взаимопонимания — на всё наше будущее.
Но надо же — взаимно!» (с. 475).
Сказано искренне. Но рука повисает в воздухе. Дальше комментариев не даю !!!



Дмитрий ХМЕЛЬНИЦКИЙ
Национализм с человеческим лицом
Солженицын борется за понимание


В двухтомнике Александра Солженицына «200 лет вместе» есть одна странность. Первый том, посвященный истории еврейских общин в России c конца XVII до начала ХХ вв., не имеет вступления объясняющего терминологию. И автору, и читателю ясно о ком идет речь. Второй том, посвященный судьбе «советского еврейства» начинается главой, которая называется «В уяснении». Имеется в виду уяснение того, что такое «еврей». Создается впечатление, что автор потерял ясное преставление о предмете исследования и пытается его заново нащупать. При чем делает это без особого успеха.
Оказывается, что книга Солженицына – не одно исследование, а два абсолютно разных. И второе гораздо интереснее первого, потому что посвящено не столько историческим проблемам, сколько мировоззренческим. Собственному мировоззрению Солженицына и мировоззрению остро интересующего его «еврейского национального движения». Второй том книги – это страстная попытка Солженицына нащупать точки соприкосновения с «еврейством» и преодолеть идейные разногласия. По существу, это книга о самом Солженицыне.
***
Вводная глава второго тома начинается фразой: «Всякое рассмотрение значительной роли евреев в жизни стран и народов их рассеяния ...неизбежно останавливается перед вопросом: «кто есть еврей?», «кого считать евреем?». Пока евреи жили среди других народов обособленными анклавами — не было повода для такого вопроса. Но по мере ассимиляции или просто всё более широкого включения евреев в окружающую жизнь — вопрос стал... интенсивно обсуждаться, и более всего — евреями же».
Естественно предположить, что сам автор знает значение этого слова, раз уверенно использует его без кавычек. В противном случае написал бы – «вопрос стал обсуждаться теми, кто считает себя евреями».
Но из дальнейшего становиться как ни странно ясно, что никакой уверенности в точном понимании значения этого слова – предмета собственного исследования – у Солженицына нет. Сначала он приводит с оправданным удивлением определение из современной еврейской энциклопедии: «Лицо, принадлежащее к еврейскому народу» . Определение само по себе совершенно бессмысленное, так как без объяснения того, что такое «еврейский народ» или вообще «народ», оно не работает.
Дальше автор пишет, что определение «еврея» для самих евреев (которых он опять же странным образом от неевреев уверенно отличает) «сегодня не простой вопрос». И ссылается на Александра Воронеля , писавшего что: «среди самих евреев нет никакого согласия относительно содержания этого понятия. Чем ближе к нему приближается новичок, тем расплывчатее становится для него этот неуловимый образ» . А также на Э. Нордена: «через 74 года после российской революции и 43 года после возрождения государства Израиль попытка определения еврея — почти головоломная задача» .
Солженицын отмечает при этом, что для религиозных евреев (иудеев) этого вопроса не существует, так как они пользуются галахическим ритуальным определением – «Еврей — это тот, кто рождён от матери-еврейки или обращён в еврейство согласно Галахе» (с.6).
Протицировав Артура Кестлера, который утверждал, что «Отличительной чертой еврея… является не его принадлежность к той или иной расе, культуре или языку, а религия» , автор однако не показывает своего согласия с тем что «еврейство» – это только конфессия, а перебирает варианты дальше. Он приводит еще один принципиально другой взгляд на проблему: ««еврейство не обязательно связано с религией, ... говоря об еврействе, мы имеем в виду нечто иное. Какое именно "иное", крайне трудно определить. Некие общие ценности? Несомненно. Общая история? Несомненно. Общие признаки личности? Несомненно» .
Последняя цитата – просто нагромождение неясностей. Что такое общие еврейские ценности – непонятно. Общая история – непонятно. Общие признаки личности – еще непонятнее. Но Солженицын даже не пытается анализировать чужое мнение. Он продолжает перебор и цитирует решение Высшего суда справедливости Израиля от 1958 г: «в глазах Галахи, еврей, перешедший в другую веру, тем не менее остаётся евреем... Еврей не перестаёт быть евреем, даже нарушая еврейский Закон» .
Решение суда абсолютно неудобопонимаемое. Если попытаться вникнуть в него с секулярной точки зрения, то вылезают вещи более чем странные. А именно – еврей определяемый по Галахе, не имеет права на свободу совести.
Более того, – «для еврея «переход... в иную веру в сущности невозможен»». Что значит невозможен – физиологически? Морально? Юридически? Можно было бы предположить, что сказанное относиться только к верующим иудеям (действительно, перешел в другую веру – «в сущности» перестал быть иудеем), но ведь решение суда распространяется на всех граждан демократического Израиля, в том числе и на неверующих. Солженицын опять не затрудняет себя анализом, он идет дальше.
Следующий взгляд на проблему прямо противоположен приведенным ранее – «Ныне говорится как о само собой понятном: «Решение еврейской проблемы, то есть проблемы сохранения евреев как этнической общности» .
Тут Солженицын отмечает: «Однако понятие этнической общности имеет тенденцию огрубляться в общность по крови». И приводит характерный пример – Краткая еврейская энциклопедия отбирает своих персонажей именно по крови, включая туда и крестившихся потомков евреев, и тех, кто был воспитан в русской культуре, и, как Илья Мечников, узнали о своем еврейском происхождении довольно поздно. Исследователь наконец задается вопросом : «Отбираются даже те, кто всю жизнь был далёк от еврейского сознания, — так, значит, определение еврейства ведётся уже по крови? — а не по духу?» (с. 9). Кажется, первый раз Солженицын высказывает несогласие с процитированным мнением. Он приводит определение из современной российской еврейской энциклопедии: «Евреями считаются люди, родители или один из родителей которых был еврейского происхождения, независимо от его вероисповедания» , замечает, что в «международной спортивной израильской «маккабиаде» — «участвовать могут только евреи»» и еще раз задает вопрос – «надо понять, что и тут — по крови?» (с.10).
И неожиданно восклицает: «Тогда зачем же так страстно и грозно укорять всех вокруг в «счёте по крови»? Надо же отнестись зряче и к национализму собственному»(с.10).
Вообще-то, «счет по крови» – не национализм, а расизм . Но слова «расизм», которое висит в воздухе, Солженицын не произносит. И как видно из последующих глав, покорно принимает «счет по крови», когда пишет о судьбе советского «еврейства» в ХХ веке.
Собственно говоря, Солженицын видит в таком подходе и положительные моменты. Он цитирует Амоса Оза: «Быть евреем означает чувствовать: где бы ни преследовали и мучили еврея, — это преследуют и мучают тебя» и добавляет – «И вот это чувство и вызволяет евреев из скольких бед! Эх, и нам бы так!.. (с.10). А ведь это якобы благородное чувство имеет и обратную сторону. Вроде того, что «Если мучают нееврея, мы воспринимаем это спокойнее». Автор «Гулага», в котором такой подход отсутствует начисто, вроде должен был бы почувствовать подвох. Но нет, не чувствует. Или не считает нужным выражать свои чувства. Что не менее странно.
В книге чувствуется несвойственная Солженицыну растерянность. Нет согласия, но и нет отрицания чужих мнений. Есть уклончивость и странная зависимость от взглядов оппонентов – «Однако не были бы евреи евреями, если бы их понятия и объяснения сводились к такой однозначной простоте. Нет, соображения тут — многоветвисты» (с.10). Приводимые Солженицыным мнения не многоветвисты. Они противоречивы и нелогичны. Но исследователь явно боится распутывать противоречия. Только радуется, когда хоть что-то совпадает с его собственными представлениями. Цитирует Амоса Оза – «в моём словаре еврей — это тот, кто считает себя евреем или обречён быть евреем. Еврей — это тот, кто соглашается быть евреем... Быть евреем означает участвовать в еврейском настоящем... в деяниях и достижениях евреев как евреев; и разделять ответственность за несправедливость, содеянную евреями как евреями (ответственность — не вину!)» – и с облегчением добавляет: «Вот такой подход мне кажется наиболее верным: принадлежность к народу определяется по духу и сознанию. Считаю так и я» (с.11).
Далее Солженицын цитирует целый букет нелепых и по его собственному утверждению, «расплывчатых» утверждений: – «В диаспоре, где евреи рассеяны, подвижны и изменчивы... единственный способ» — считать евреями тех, «которые сами считают себя евреями» . — «Нам представляется наиболее верным считать евреями только тех, кто был евреем не только по происхождению, но и считался таковым в его собственном окружении» . — «Еврей — это тот человек, которого другие люди считают евреем, — вот простая истина, из которой надо исходить»
В последней цитате, принадлежащей Сартру, понятие «еврей» ставится в полную зависимость от предрассудков окружающих. Хотя в такой ситуации трудно понять, кто чьи предрассудки перенимает. В любом случае, всерьез утверждать нечто подобное можно только либо от полной беспомощности, либо от принципиального нежелания всерьез разбираться в поставленной проблеме. И тут Солженицын покорно следует за Сартром.
Впрочем, Солженицын тут же приводит и прямо противоположные мнения – Жаботинского: «Для людей моего лагеря суть дела совершенно не в том, как относятся к евреям остальные народности. Если бы нас любили, обожали, звали в объятья, мы бы так же непреклонно требовали "размежевания"» и Бен Гуриона: «Важно, что делают евреи, а не что говорят об этом гои"» .
Значит, получается, что Жаботинский и Бен Гурион считали все-таки «по крови», а не по мнению соседей.
Скрытым несогласием с идеологами сионизма можно считать то, что дальше Солженицын цитирует Бердяева, объяснившего, что «Потеря нацией своего государства, своей самостоятельности и суверенности есть великое несчастье, тяжёлая болезнь, калечащая душу нации. То, что еврейский народ... совсем лишился государства и жил скитальцем в мире, изломало и искалечило душу еврейского народа. У него накопилось недоброе чувство против всех народов, живущих в собственных государствах»
Хотя несогласие здесь относится скорее к идее тотального «размежевания» и национальному высокомерию, чем к принципу деления на своих и чужих «по крови».
Солженицын охотно соглашается с наследственной особостью евреев – «Отменная талантливость евреев — вне сомнений» (с.14).
Тут интересно, что заявив «в секулярные века и у самих евреев идея богоизбранности неизбежно должна была подмениться идеей — просто исторической и человеческой уникальности», Солженицын эту идею автоматически принимает: «Уникальность еврейского народа несомненна, все её видят» (с. 19).
Опять остро чувствуется внутренняя неуверенность, раздвоенность автора. Понимая, что идея наследственной уникальности есть результат искалеченной психологии (по Бердяеву), то есть, попросту предрассудок, Солженицын приводит цитату-объяснение природы этого чувства: «Люди не хотят отдавать это ощущение... выделенности, не хотят "обменивать" его на что-либо иное... Отдать свою отмеченность — значит что-то серьёзное и ценное потерять»
Понятно. Потеря чувства уникальности, для людей к нему привыкших – психологическая травма. Но тут же для равновесия следует без критических комментариев цитата, объявляющее чувство еврейской уникальности исторически оправданным: «Хотим мы этого или не хотим, наши успехи и поражения, а также наши грехи и заслуги имеют всемирно-исторический характер и всемирно-историческое значение... Борьба за будущее евреев есть также и борьба за тот или иной образ всего остального мира»
Солженицын не возражает. Ему по прежнему не ясно, как следует исчислять «уникальный народ» – по крови, по мнению соседей или по самосознанию. В редких случаях он выражает солидарность с цитируемым автором: «еврейство как общественная система явило собой яркий пример поразительной выживаемости и способности возрождаться после испепеляющих катастроф... Еврейство создало совершенно новую основу для общности... духовное единство» .
На это следует решительное – «Да, несомненно – так» (15).
А что – «так»?
Духовное единство – это признак идеологического сообщества, партии, группы по интересам. Значит, «еврейство» – это партия? Значит те кто не проникнуты общим духом и имеют иные убеждения к «еврей ству» не принадлежат?
Как бы для того, чтобы тут же поставить под соменение собственное согласие с тезисом о духовном единстве «еврейства» Солженицын без комментариев цитирует Амоса Оза: «Достаточно лишь мимолётного взгляда, чтобы убедиться, что все эти люди — евреи. Не спрашивайте меня, что такое еврей. Сразу видно, что ты в окружении евреев... И это — волшебство. Это — вызов, это — великое чудо» .
Так уж и чудо. Что можно увидеть мимолетным взглядом? Форму носа, цвет волос... Значит все-таки, – «кровь»?
Да и возвращаясь к идее «уникальности еврейства», поддержанной Солженицыном, стоит задаться вопросом – о какой именно уникальности идет речь?
Постоянно цитируемый Солженицыном интеллигентный русский (по культуре) еврей (по происхождению и убеждениям) Александр Воронель отличается от самого Солженицына (тоже русского по культуре) только этим самым происхождением. И духом – национальным самосознанием. Но тогда обнаруживается простая конструкция – различие духа вырастает из факта разности происхождений. То есть, в основе все-таки – увы – «кровь».
Вот и становится понятным уже процитированный выше призыв Солженицына «Тогда зачем же так страстно и грозно укорять всех вокруг в «счёте по крови»? Надо же отнестись зряче и к национализму собственному»(с.10 ).
Это протест интеллектуального интеллигентного национализма против крайнего черносотенного. Гордясь своей кровью, уважай чужую. Декларируя свою уникальность, не призирай окружающих. В этом смысле Александр Солженицын полный единомышленник Александра Воронеля. И это отличает их обоих от ксенофобов из обоих лагерей – от юдофобов и русофобов.
Особенность идейного интеллектуального национализма – уважение к коллегам по борьбе за идею. Ведь национальная идея по сути универсальна.
Но до т высот нексенофобного национализма поднимается обычно только хорошо воспитанная элита национального движения. Таков был Герцль. Таковы Солженицын и Воронель. Таков Михаил Хейфиц, котрого Солженицын одобрительно и часто цитирует.
Проблема элиты в том, что национальная идея, овладевающая массами по собственному выражению Солженицына «огрубляется» . То есть, дичает. И элите приходится возглавлять стройные ряды ксенофобов.
Другой вопрос – много ли смысла даже в самой интеллигентной национальной идее?

***
Главная цель и пафос книги Солженицына – борьба с ксенофобией в собственных рядах и в рядах безусловно уважаемого им «еврейского национального движения». Солженицын полагал, что пишет историческое исследование. Формально это действительно так – по методике подачи и объему материала. Фактически же книга – идеологический памфлет. Взгляд на российскую историю глазами националиста – одновременно русского и еврейского. Точнее, просто идейного националиста.
Вводную главу о понятии слова «еврей» Солженицын заключает словами «Предпринятый тут обзор мнений даёт нам до некоторой степени объемлющее сознание, с которым мы вступаем в дальнейшее чтение» (с.23).
В том-то и дело, что – не дает. Приведенный автором обзор мнений дает представление о спектре взглядов внутри национального еврейского движения. Самого Солженицына этот спектр вполне устраивает. Устраивает даже то, что взгляды – противоречивы. Это позволяет автору выбрать из кучи взаимоисключающих формулировок то, что ему больше нравиться – «единство духа» – и, больше не возвращаясь к проблеме терминологии, описывать историю советских людей с еврейскими фамилиями и еврейским происхождением как историю единого духовного движения – «советского еврейства». Довольно сомнительное занятие с точки зрения ненационалистического мышления.
***
В собранной Солженицыным коллекции формулировок «еврейства» отсутствуют те, которые могли бы нарушить стройность концепции. А именно – просто научные. Этнографы отличают один народ отдругого по языкам и культурам. Народ – любой – в общем случае «языково-культурная общность». И никак не «духовно-идейная». Во всяком случае не духовностью отличаются, к примеру, англичане от французов.
Другое дело, что националисты полагают будто всех членов одного народа скрепляет национальное самосознание и единство духовных целей. Доказать это невозможно, но как догмат для идеологического единства тех, у кого национальное самосознание присутствует – «идейных русских», «идейных евреев» и т.д. – годится. Положение осложняется тем, что если русские националисты рекрутируются из русской культурной среды, то «еврейство» в израильском понимании (которое Солженицын принимает) понятие сугубо интернациональное. То есть, «еврейский дух» опирается прямо на «еврейское происхождение» минуя культурную составляющую. Единой еврейской культуры за пределами религии не существует. Тут Артур Кестлер совершенно прав.
Однако, национальная идея предполагает, что овладев еврейским самосознанием «еврей по крови» начнет соблюдать религиозные традиции, хотя бы некоторые, изучать еврейскую историю и тем самым приобщится к «еврейской культуре» – независимо от реального родного языка и родной культуры
Эту дикую мешанину из религиозных и секулярных понятий Солженицын своим подбором мнений продемонстрировал, но копаться в ней не захотел. Только отметил его устраивающее.
Что особенно важно, Солженицын не упоминает, что во время переписи 1897 года народы Российской империи идентифицировалась по родному языку, хотя некоторые данные переписи приводит в первом томе. Этот критерий был вполне научным тогда, остается он им и сегодня. Согласно переписи 1897 года 5 млн. 215 тыс. человек, назвавали идиш своим родным языком.
Сам Солженицын приводит данные о том, что в 1959 г. только 21% советских «паспортных евреев» назвали родным языком еврейский (с.431). То есть – поколение дедушек. Согласно статистическому исследованию профессора Розалинды Рывакиной «Евреи в постсоветской России – кто они?» (Москва, 1996), 99% опрошенных на вопрос о разговорном языке в семье ответили «русский». Это значит, что ассимиляция завершилась и еврейская этническая общность за сто лет практически полностью растворилась в русском населении СССР. Перестала существовать как этническая общность. Если бы Солженицын в своем исследовании воспользовался критериями переписи 1897 г., то быстро выяснил бы, что предмет исследования попросту исчез.
А что сохранилось? Сохранилась введенная в 1932 г. во внутренний паспорт графа «наследственная национальность», совершенно дикая с точки зрения здравого смысла и вызывающе антинаучная. Сталин, придумывая ее, решал свои, далекие от этнографии задачи. Ему нужен был простой механизм для манипулирования большими массами населения.
Но эффект от нововведения оказался долгоиграющим. Прицип наследования принадлежности к народу «по крови» при игнорировании реальной родной культуры пришелся по вкусу всем националистам. Для советского «еврейского национального движения» он стал попросту единственной основой «национальной консолидации».
Солженицын фактически положил этот принцип в основу своего исследования.
***
Второй том книги «200 лет вместе» посвящен истории российских евреев с 1917 г. по наше время. Автор ведет отбор персонажей совсем не по «еврейскому духу» –иначе туда не попали бы, например, члены большевистской верхушки, – а элементарно по происхождению. По существу, это очень добросовестное исследовение судеб людей с еврейскими фамилиями. Солженицын понимает, что «общееврейского» между ними может быть очень мало, поэтому оговаривается: «Надо помнить постоянно, что еврейство — всегда очень разное, что фланги его широко раскинуты по спектру настроений и действий» (с.71).
Еще бы не разные. В главе «В большевиках» Солженицын четко обозначает свой подход: «А из еврейских авторов — и те, кто раньше отрицал усиленное участие евреев в большевицкой власти, и кто его никогда не отрицал, — все единодушно согласны, что это не были евреи по духу. Это были отщепенцы. Согласимся с этим и мы. О людях — судить по их духу. Да, это были отщепенцы.
Однако и русские ведущие большевики так же не были русскими по духу, часто именно антирусскими, и уж точно антиправославными, в них широкая русская культура исказительно преломилась через линзы политической доктрины и расчётов. Поставить бы вопрос иначе: сколько должно набраться случайных отщепенцев, чтобы составить уже не случайное течение? Какая доля своей нации? О русских отщепенцах мы знаем: их было в большевиках удручающе, непростительно много. А насколько широко и активно участвовали в укреплении большевицкой власти отщепенцы-евреи?» (с.75).
Итак, есть настоящие русские («по духу») и есть русские «отщепенцы». Есть настоящие евреи и есть евреи-«отщепенцы», лишенные национального духа. Получается, что главный грех большевиков, делавший их отщепенцами – утрата национального духа. Но даже став отщепенцами, большевики не теряли национальных черт, ибо разница происхождений никуда не девалась... Сам Солженицын именно так различает большевиков-русских и большевиков-евреев.
Такой подход превращает исследование Солженицына в хаотический набор любопытных фактов и цитат, чаще всего абсолютно неправильно истолкованных.
Вот пример: «...большевики с величайшей охотой использовали евреев в своём государственном и партийном аппарате опять-таки не из сродства с евреями, а по большой выгоде от их способностей, смышлёности и отчуждённости от русского населения» (с.81)
Большевики использовали евреев... Казалось бы нужно совсем не понимать в большевиках, чтобы предположить такое. Однак, автор «Гулага» о большевиках знает все. Просто национализм путает карты. Поэтому преступления большевиков-русских и большевиков-евреев в его глазах выглядят по разному: «Самым неразумным образом евреи-активисты вливались в общебольшевицкую настойчивую ярость в травле православия (в сравнении с другими религиями), в преследовании священников, в печатном глумлении над Христом. Тут и русские перья расстарались: Демьян Бедный (Ефим Придворов), и не он один. Но евреям постоять бы в стороне» (с.96).
При этом Солженицын резко выступает против крайних антисемитских тезисов вроде того, что при большевиках «евреи захватили власть»: «Нет, власть тогда была — не еврейская, нет. Власть была интернациональная. По составу изрядно и русская. Но при всей пестроте своего состава — она действовала соединённо, отчётливо антирусски, на разрушение русского государства и русской традиции» (с.211).
Большевики были жутким бедствием для России, как и для других захваченных ими стран. Но видеть их главный порок в «антирусскости» – это антиисторический взгляд националиста.
В чем Солженицына можно полностью поддержать, так в том, что он защищается от несправедливых упреков в антисемитизме. Например, в «Гулаге» он упомянул фамилии шести награжденных начальников Беломорстроя так, как они и были опубликованы в 1932 г., от Ягоды до Френкеля и был заклеймен: «И вот 40 лет спустя я повторил эти шесть портретов негодяев в «Архипелаге»... Боже – какой всемирный гнев поднялся: как я смел?! это — антисемитизм! я — клеймёный и пропащий антисемит. В лучшем случае: приводить эти портреты был «национальный эгоизм» — то есть русский эгоизм! И — поворачивается язык, когда на соседних страницах «Архипелага»: как покорно замерзали «кулацкие» пареньки под тачками...А где ж были их глаза в 1933, когда это впервые печаталось? Почему ж тогда не вознегодовали? Повторю, как лепил и большевикам: не тогда надо стыдиться мерзостей, когда о них пишут, а — когда их делают.(с.335).
Еще нелепее ситуация, когда собственные Солженицына «друзья-евреи» предъявили ему претензии за то, что в пьесе 1962 года «Республика труда» он вывел списанного с натуры бухгалтера Соломонова. И потребовали изменить этот образ – вплоть до разрыва отношений: «Почему не сделать его русским? — поражались они. Разве уж так важно, что он еврей?» (с.340). Солженицын резонно возражает – если не важно, зачем менять. И объясняет, почему это важно –это было важно для Соломонова. Себе в придурки он набирал тоже евреев. А такая поддержка в лагере в глазах самого Солженицина – благо.
Солженицын справедливо возмущается такой цензурой, возникшей с самой неожиданной стороны. Да тогда, в 1962 г., государственный антисемитизм еще густо висел в воздухе. Но правда есть правда. Экзамен на честность Солженицын выдержал лучше, чем его «друзья-евреи». Продемонстрировал меньше предрассудков.
***
Взлет еврейского самосознания в интеллектуальной среде «паспортных евреев» в 60-е годы Солженицын воспринимает с радостью и пониманием. Ему абсолютно очевидны чувства, заставлявшие людей, не знавших ничего другого кроме русско-советской жизни, задуматься о высшем смысле своего происхождения и сделать вывод, что с Россией им не по пути.
Солженицын с удовольствием цитирует «вдумчивое», по его характеристике, размышление Б. Орлова: «Усилия, затраченные за последние 100 лет еврейской интеллигенцией для перевоплощения в русскую национальную форму, были поистине титаническими. Впрочем, это не принесло душевного равновесия; наоборот, заставило острее почувствовать горечь двунационального бытия». И «на трагический блоковский вопрос: "Русь моя, жизнь моя, вместе ль нам маяться?" — вопрос, который для русского человека имеет, как правило, однозначный ответ, — на этот вопрос русско-еврейская интеллигенция отвечала, иногда после некоторого раздумья, — "Нет, не вместе. Рядом, до поры до времени, но не вместе!"... Обязанность — Родину не заменяет». И это «оставляло еврейству руки развязанными на всех крутых поворотах российской истории» .
Далее Солженицые четко и убедительно объясняет (как обычно с помощью цитаты из «еврейского автора»), что – не советский антисемитизм причина роста еврейского национального самосознания: «Антисемитизм страшен не столько тем, что он делает евреям (ставя им известные ограничения), сколько тем, что он делает с евреями, — превращая их в невротичных, придавленных, закомплексованных, ущербных» .
На самом деле от такого болезненного состояния — вполне, и быстро, и уверенно — оздоровлялись те евреи, кто с полнотою осознавал себя евреями» (с.433).
Очень характерный тезис. С антисемитизмом следует бороться ростом национальной гордости. То есть, бороться с крайним национализмом следует другим национализмом. Для националиста – нормальный подход. Благородный и либеральный – в данном случае. Но более чем странный с точки зрения ненационалистов. И – главное! – плохо стыкующийся с нормами демократического общества.
Итак , вспышку еврейского самосознания в СССР Солженицын целиком приветствует: «...начиная с хрущёвской «оттепели», а затем, в 60-е годы, уже и без неё, — советское еврейство быстро распрямлялось в духе и ощущало себя — именно собою... «лишь в конце 60-х годов очень небольшая группа учёных, причём не гуманитариев (наиболее яркая фигура среди них, безусловно, Александр Воронель), начала с убеждённостью... вновь восстанавливать еврейское национальное сознание в России» .» (с.434)
Но тут же, вслед сплошной апологетике он слегка меняет ракурс взгляда на события: «Отмечает ещё один еврейский автор: в СССР «нерелигиозные евреи всех направлений дружно отстаивали принцип "чистоты расы"» — и добавляет: «Ничто не может быть естественнее. Люди, для которых еврейство — пустой звук, и не ассимилированные при этом, встречаются очень редко»» (с. 432).
Очень интересно. Значит в СССР евреи с одной стороны практически все ассимилированы, с другой стороны, свое еврейство исключительно ценят и понимают под ним «чистоту расы», то есть чистокровность.
Это уже не либеральный национализм в виде особой любви к родной культуре, а вульгарный расизм, сформулированный предельно ясно. Как относится к отстаиванию принципа «чистоты расы» Солженицын? С характерной раздвоенностью. С одной стороны, скорее всего с пониманием, судя по тому что оставил цитату без комментариев. Хотя, видимо, и с беспокойством. Иначе бы не цитировал. Уж очень будоражащий текст.
Но одно совершенно очевидно. В том, что «дружное отстаивание принципа чистоты расы» в СССР имело место, автор не сомневается и не считает, что такой подход всерьез дискредитирует национальное движение.
***


Оригинал взят у [livejournal.com profile] dmitrij_sergeev в Национализм с человеческим лицом. Солженицын борется за понимание. Часть 1.
Эта статья вышла в приложении ко второму изданию книги "Под звонкий голос крови", М., изд. Огни, 2004.




rus_vopros: (Default)
«Цель этой моей книги ("Двести лет вместе"), отражённая и в её заголовке, как раз и есть: надо нам понять друг друга, надо нам войти в положение и самочувствие друг друга. Этой книгой я хочу протянуть рукопожатие взаимопонимания — на всё наше будущее.
Но надо же — взаимно!» (с. 475).
Сказано искренне. Но рука повисает в воздухе. Дальше комментариев не даю !!!

Часть 1 по ссылке  -- http://rus-vopros.livejournal.com/6451140.html


Часть 2:
***
Основной и достигнутой целью книги Солженицына ("Двести лет вместе") можно считать искоренение откровенного исторического вранья.



Солженицын цитирует Р. Нудельмана: «Подошла к концу роль той "русско-еврейской интеллигенции", которая сложилась в довоенные и первые послевоенные годы и была — в какой-то степени убеждённо — носительницей марксистской идеологии, исповедовала — пусть робко, пусть в душе, в противоречии с практикой — идеалы либерализма, интернационализма и гуманизма» .
И возражает: «Носительницей марксистской идеологии? — да, конечно. Идеалы интернационализма? — о, конечно. Но либерализма и гуманизма? — лишь в послесталинское время, опоминаясь» (с.442).
Но это относительно безобидное вранье.В ярость Солженицына приводит другое: «Среди многочисленных национальностей Советского Союза евреев всегда выделяли как самый "ненадёжный" элемент» .
Солженицын взрывается: «Это — с каким же беспамятством можно такое промолвить в 1983 году? Всегда! — и в 20-е годы! и в 30-е! — и как самый ненадёжный?! Настолько всё забыть?» (с.442).
Не менее нелепо звучит и следующая, возмутившая Солженицына цитата: «Если... с высоты птичьего полёта посмотреть на советскую историю, то она вся представляется как последовательное перемалывание и уничтожение евреев.... советская власть, разрушающая все вообще национальности, с евреями поступает, в целом-то, наиболее круто» .
Действительно, если вспомнить, сколько народов в СССР было депортировано и полуистреблено... И сколько было в советско-партийно-эекавэдэшной элите 20-30-х годов персонажей с еврейскими фамилиями...
И если еще считать этих последних представителями одной консолидированной этнической и общественной группы – «еврейства»... Солженицын так и считает. Как впрочем и его оппоненты – и либеральные, и вполне черносотенные.
Иногда Солженицын буквально теряет самообладание: «И теперь — единый протестующий стон вырывается из стольких еврейских грудей: «Не мы выбирали эту власть!» И будто бы даже: «Нет способа культивирования среди них [евреев] лояльной советской элиты» .
Да Боже, да этот способ работал безотказно 30 лет, только потом заел. А откуда же — столько блистательных многоизвестных имён? — уж они перед нами помелькали довольно.И почему же 30-40 лет глаза множества евреев на суть советского строя не открывались — а теперь открылись? Что их открыло?
Да вот именно в значительной мере то, что эта власть вдруг повернулась и сама стала теснить евреев, не только из правящих и командных сфер, но из культурных и научных институтов» (с.44).
Трудно возразить.
Очень сильно раздражают Солженицына призывы ко всем русским покаяться перед евреями при полном нежелании брать на себя ответственность за преступления советской власти. Сам Солженицын признает вину русского народа за ужасы большевизма и ждет того же от своих оппонентов: «Вот немцы следующих поколений признают ответственность перед евреями даже самым прямым образом, и морально, и материально, как виновники перед пострадавшими: вот уж который год платят компенсацию Израилю и личные компенсации уцелевшим пострадавшим. А евреи? Когда Михаил Хейфец, которого мы не раз цитируем в этой работе, пройдя лагеря, проявил высоту души раскаяться от имени своего народа за совершённое евреями в СССР во имя Коммунизма — его желчно высмеивали». (с.446).
Роль «еврейства» в антисоветском диссидентском движении Солженицын охотно признает, называет имена героев – Павел Литвинов, Александр Гинзбург, Лариса Богораз. Цитирует Воронеля: «Уже из Израиля оглядываясь на московское кипение, пишет недавний участник его: «Большая часть русских демократов (если не большинство) — евреи по происхождению… Они не сознают себя евреями и не понимают, что их аудитория тоже в основном еврейская» . (с.446).
Солженицын резюмирует: «никакое прогрессивное движение без евреев снова стало невозможным» (с. 447).
Однако эгоизм «еврейского движения» Солженицын тоже видит ясно и справедливо осуждает: «В поток диссидентского движения после 1968 вступил безоглядно — и Сахаров. Среди его новых забот и протестов было много... заявлений в защиту евреев-«отказников». А когда он пытался поднять тему пошире, – простодушно рассказывал он мне, не понимая всего кричащего смысла, – академик Гельфанд ответил ему: «Мы устали помогать этому народу решать его проблемы»; а академик Зельдович: «Не буду подписывать в пользу пострадавших хоть за что-то – сохраню возможность защищать тех, кто страдает за национальность». То есть — защищать только евреев» (с.448).
***
Исключительно интересно то, что Солженицына пишет об Александре Галиче. Галича он тоже интерпретирует как еврея. Естественно, из-за настоящей фамилии – Гинзбург. Отношение к Галичу – уважительно-неприязненное. Отмечая мужество, с которым Галич порвал с жизнью и карьерой удачливого советского драматурга, превратившись в барда-антисоветчика, Солженицын предъявляет ему странную претензию: «И как же он осознавал своё прошлое? своё многолетнее участие в публичной советской лжи, одурманивающей народ? Вот что более всего меня поражало: при таком обличительном пафосе — ни ноты собственного раскаяния, ни слова личного раскаяния нигде! — И когда он сочинял вослед: «партийная Илиада! подарочный холуяж!» сознавал ли, что он и о себе поёт?» (с.450).
Конечно, сознавал. Но какое еще нужно покаяние при таких песнях? Тут Солженицына подвел вкус. А возможно его неприязнь имела более глубокие идейные корни. Галич был, видимо, лишен национального чувства, так важного для Солженицына. Но Солженицын эти чувства у Галича ищет и (неубедительно!) находит: «Память еврейская настолько его пронизывала, что и в стихах не-еврейской темы он то и дело вставлял походя: «не носатый», «не татарин и не жид», «ты ещё не в Израиле, старый хрен?!» (с. 452). А найдя, предъявляет Галичу претензии исходя из наличия этих чувств: «Но ни одного еврея преуспевающего, незатеснённого, с хорошего поста, из НИИ, из редакции или из торговой сети – у него не промелькнуло даже. Еврей всегда: или унижен, страдает, или сидит и гибнет в лагере» (с.452).
Солженицын ловит Галича на кажущемся передергивании: «И тоже ставшее знаменитым:
Не ходить вам в камергерах, евреи...
Не сидеть вам ни в Синоде, ни в Сенате.
А сидеть вам в Соловках да в Бутырках[40].
И как же коротка память — да не у одного Галича, но у всех слушателей, искренно, сердечно принимающих эти сентиментальные строки: да где ж те 20 лет, когда не в Соловках сидело советское еврейство — а во множестве щеголяло «в камергерах и в Сенате»! Забыли. Честно — совсем забыли. О себе — плохое так трудно помнить» (с. 452).
Кажется убедительно. Но Галич пишет о временах государственного антисемитизма, когда преследовали по фамилиям и «пятой графе», а Солженицын вспоминает времена, когда люди с такими же фамилиями и «графой» заполняли власть. Для ненационалиста Галича это два разных, не связанных между собой исторических явления. Для националиста Солженицына, воспринимающего тех же людей единой группой, связанной общими национальными интересами – «еврейством» – это разные фазы одного процесса. Сначала «они» были у власти, потом «они» ее потеряли и попали под преследования. Для Солженицына Галич – тоже «они».
Впрочем Солженицын отдает Галичу должное: «Он уехал. Со словами: «Меня — русского поэта — «пятым пунктом» отлучить от России нельзя!» (с. 453.)
Собственно, Солженицына раздражает не столько сам Галич, сколько среда его почитателей: «Но иные уезжавшие черпали в его песнях затравку брезгливости к России и презрения к ней. Или, по крайней мере, уверенность, что это правильно — с нею рвать» (с. 453).
Это – самый болезненный для Солженицына момент в «еврейском национальном движении». Он посвятил ему целую главу под названием «Оборот обвинений на Россию».
***
«Но я абсолютно не ожидал такого перекоса, что вместо хотя бы шевеления раскаяния, хотя бы душевного смущения — откол евреев от большевизма сопроводится гневным поворотом в сторону русского народа: это русские погубили демократию в России (то есть Февральскую), это русские виноваты, что с 1918 года держалась и держалась эта власть!
Мы — и конечно виноваты, ещё бы! ...Но новообращённые борцы против большевизма проявились таковы: теперь все обязаны принять, что они и всегда против этой власти сражались, и не напоминать, что она была их любимая когда-то, не напоминать, как они изрядно послужили этой тирании»
Солженицын приводит целую серию действительно возмутительных высказываний: «широко участвуя в большевистской революции, дав ей кадры интеллектуалов и организаторов, евреи спасли Россию от тотальной пугачёвщины. Они придали большевизму наиболее гуманный вариант из вообще возможных в то время» , «Это тоталитарная страна... Таков выбор русского народа» , «В огромных глубинах душевных лабиринтов русской души обязательно сидит погромщик... Сидит там также раб и хулиган» , «Пусть все эти русские, украинцы... рычат в пьянке вместе со своими жёнами, жлёкают водку и млеют от коммунистических блефов... без нас... Они ползали на карачках и поклонялись деревьям и камням, а мы дали им Бога Авраама, Исаака и Якова» , «Православие есть готтентотская религия» (М. Гробман.), «Почётным председателем "Союза русского народа" состоял Иисус Христос, который мыслился наподобие вселенского атамана» . Русская «масса разрешила ужасам опричнины совершиться над собой, так же как она разрешила впоследствии сталинские лагеря смерти» .
И еще много подобного. Конечно, все это довольно глупо и неприятно, но обижаться на очевидное мракобесие в принципе бессмысленно. Солженицын обижается потому, что воспринимает говорящих такое единомышленниками, такими же как он носителями национального духа.
И его глубоко задевают слова Г. Померанца «Русский национализм неизбежно примет агрессивный, погромный характер» . Солженицын возмущается – « то есть всякий русский, кто любит свою нацию, — уже потенциальный погромщик!» (с.462).
Но Померанец тут по существу прав. Он то имел ввиду не всякого русского, как простодушно (или лукаво?) интерпретирует Солженицын, а русский национализм. А национализм – любой– имеет тенденцию принимать погромный характер. Даже если создается и возглавляется такими лояльными и гуманными людьми, как Герцль, Солженицын, Воронель...
Примеров дикого ксенофобного еврейского национализма, выросшего из диссидентского возрождения национального духа, сам Солженицын привел достаточно, не осознавая того, что тем самым подтверждает слова Померанца. Не осознавая и поэтому удивляясь – «а русских за что?».
Справедливости ради следует сказать, что из цитаты Померанца, не вполне ясно, распространял ли тот сам свою формулировку русского национализма на еврейский. Во всяком случае Солженицын вспоминает действительно нелепый свой конфликт с Померанцем в связи с романом «В круге первом». Померанец обвинил Солженицына в «нечувствительности к еврейской боли» и потребовал вообще не замечать национальности своих литературных героев («несть ни эллина, ни иудея»). При этом вопреки первому требованию предложил превратить положительного героя Герасимовича в еврея, или, как минимум, ввести в роман не менее важный положительный персонаж.
***
В общем, совсем мало оказалось у националиста Солженицына единомышленников среди коллег из «еврейского национального движения». Один из немногих Михаил Хейфец: «И многократно, и твёрдо звучал за эти годы голос Михаила Хейфеца, недавнего гулаговского зэка. «Будучи большим приверженцем своего народа, я не могу не сочувствовать националистам другого народа... Опыт немецкого народа, который не отвернулся от своего ужасного и преступного прошлого, не попытался свалить вину за гитлеризм на других виновников, на чужаков и т.д...— этот опыт должен, по-моему, стать образцом и для народов, участвовавших в преступлениях большевизма. В том числе — и для евреев » (с. 470).
Солженицын воспринимает слова Хейфица с восторгом. Мы – с меньшим. Таких, как Хейфиц среди националистов – единицы. Они одиночки в собственных рядах. Да и не такое уж безобидное понятие – даже либеральный национализм. Помимо прочего, национализм, рассматривающий народ в качестве идейного сообщества, ничего не имеет против понятия «коллективной вины». Подход сам по себе порочный. Хотя редкие националисты в состоянии применить его к себе. Хейфиц и Солженицын – могут.
Но гоаздо шире среди националистов распространены иные взгляды. Солженицын с понятным возмущением цитирует Шимона Маркиша: «Что же касается последней волны выходцев из России... будь то в Израиле, будь то в США, русофобии — настоящей, а не "фантазматической"... в них не приметно, зато самоненавистничество, перерастающее в прямой антисемитизм, слишком часто так и бьёт в глаза» . Солженицын комментирует: «Итак, если евреи раскаиваются — это уже антисемитизм. (Ещё новая разновидность феномена.)» (с.473-474). Хотя следует отметить, что Маркиш сильно переоценивает массовую совестливость «последней волны выходцев из России». От ненависти, как и страха, глаза тоже становятся велики.

  1. Главу «Оборот ненависти на Россию» Солженицын завершает словами: «Цель этой моей книги, отражённая и в её заголовке, как раз и есть: надо нам понять друг друга, надо нам войти в положение и самочувствие друг друга. Этой книгой я хочу протянуть рукопожатие взаимопонимания — на всё наше будущее.

  2. Но надо же — взаимно!» (с. 475).

  3. Сказано искренне. Но рука повисает в воздухе.

***
В главе «Начало исхода» Солженицын пытается понять и описать духовные причины выезда «советских евреев». Тут он целиком и полностью на стороне еврейских националистов, считавших, что урожденные евреи в СССР – чужие, независимо от их связи с русской культурой. Даже если связь абсолютная – все равно чужие. Солженицын солидарен с Воронелем: «Я так ясно вижу мнимость их [евреев] существования в России сегодня» . Солженицын добавляет: «А там, где не достигнута слиянность, — неизбежно холодится отчуждение» (с. 478).
О причинах отчуждения Солженицын не задумывается и уж тем более не относит их на счет прогрессирующего национализма.
Солженицын категорически не согласен с Лидией Чуковской, сказавшей ему еще в начале 70-х годов: «Нынешний Исход вбили в еврейство сапогом. Скорблю о тех, кого русские заставили вообразить себя евреями. Евреи утратили свою национальную самобытность, и лживым представляется искусственное пробуждение их национальных чувств».
Солженицын возражает: «О, далеко не так! — тут Л.К. не уловила, хотя со многими евреями обеих столиц общалась. Пробуждение еврейских чувств было весьма естественным, закономерным на исторической Оси — а не просто «вбито сапогом». Внезапное пробуждение! «И "еврей" может звучать гордо!» (с.479).
В том, что пробуждение естественно Солжденицын в общем-то прав. Все предрассудки – и расистские, и националистические всегда совершенно естественны. Но и Лидия Чуковская права. Националистические чувства, пробуждаемые осознанием особости своего происхождения – лживы и искусственны. «Еврей» кончно может звучать гордо. И «англичанин» может. Но такая гордость всегда выглядит со стороны как-то глупо. Уж очень детский, мягко говоря, повод для гордости.
Но Солженицын честен. И цитаты выражающие чувство «еврейской отчужденности от России» он дополняет цитатами противоположного свойства. Например, из Галича: «Множество людей, воспитанных в двадцатые, тридцатые, сороковые годы, с малых лет, с самого рождения привыкли считать себя русскими и действительно... всеми помыслами связаны с русской культурой» . Сам Солженицын безусловно разделяет чувства «отчужденных».
Что глубоко оскорбляет Солженицына в отъезжающих, так это хамское отношение к покидаемой России и эгоизм. Ему не нравятся шуточки вроде «Кто будет уезжать последний, не забудьте потушить свет» (с. 495). Не нравятся рассуждения типа: «еврейский Исход... постепенно выводит советскую тоталитарную Московию на просторы свободы» или « утверждения о привилегированном положении евреев в смысле отъезда – кощунство».
Солженицын справедливо возмущается: «Да, спасаться с корабля на лодках — конечно, вынужденное действие. Но иметь лодку — огромная привилегия. И после изнурительного советского полувека — у евреев она вдруг оказалась, а у остальных — нет» (с.497)
Тут у него есть и единомышленники: «Более чуткие выражали совестливое чувство: «Можно бороться за репатриацию евреев — это всем понятно, можно бороться за право эмиграции для всех — это тоже понятно, но нельзя... бороться за право эмиграции, но почему-то только для евреев»
Но таких совестливых мало: «Так, например (уже позже, 1976), некоторые активисты еврейского движения — В. Рубин, А. Щаранский, В. Слепак — приняли самостоятельное решение поддержать «хельсинкскую группу» диссидентов, — но это «было признано в еврейских кругах неоправданным и неразумным риском», ибо приведёт «к немедленному и тотальному усилению репрессий властей против еврейских активистов», да и превратит еврейское движение «в придаток диссидентства» .
Для Солженицына борьба с советской властью – общее дело всех националистических движений. Для крайне правых националистов – вовсе нет. Для них националисты другой окраски – враги. Это все тот же очень болезненный для Солженицына конфликт между либеральным элитарным национализмом и массовым ксенофобным.
***
Последняя глава второго тома «Об ассимиляции. От автора.» фактически продолжает первую – «В уяснении». Вопрос о том, ассимилировались ли российские евреи за последнее столетие это по сути тот же самый исходный вопрос – «что такое еврей?». В последней главе Солженицын так же сумбурен и неуверен, как и в первой. Он пытается придумывать свою терминологию: «в «ассимиляции», очевидно, следует различать ассимиляцию гражданско-бытовую, когда ассимилированный полноценно входит в самый поток жизни и интересов туземного народа (в этом смысле, вероятно, подавляющее большинство евреев России, Европы и Америки назвали бы себя сегодня ассимилированными), ассимиляцию культурную и — безостаточную ассимиляцию в глубинах духа, которая осуществляется значительно реже, но бывает и она. Третий случай — более сложный и не вытекает из первых двух» (с.507).
Под гражданско-бытовой ассимиляцией Солженицы, видимо, имеет в виду культурно-языковую. Такая ассимиляция еврейских общин, уже размывавшихся, но еще существовавших в начале ХХ века, к концу его практически завершилась. Что такое культурная ассимиляция в его понимании не ясно. Возможно имеется в виду религиозная.
А «ассимиляция в глубинах духа» – самя для Солженицына важная – это безусловно утрата национального самосознания. Тут он прав. От родной культуры национальное самосознание не зависит. Только от убеждений.
Вообще-то «ассимиляция» – это процесс слияния культур. Человека можно назвать ассимилированным, если в нем присутствуют две или больше культурные составляющие. Если культурная составляющая одна – как у советского «еврейства» конца ХХ века, о котром пишет Солженицын, то и б ассимиляции речи нет. Она завершилась в предыдущих поколениях.
Но в еврейском национальном движении в это слово вкладывается иной, близкий Солженицыну и совершенно ненаучный смысл. Для еврейских националистов ассимиляция – утрата не культуры, а идейности, национального самосознания. Помнишь, что ты еврей по крови, ценишь в себе это качество – значит не ассимилировался. Забыл – ассимилировался. Не живешь «еврейской жизнью» под которой понимается пестование «национального духа» – ассимилировался. А родная культура тут не при чем. Неассимилированный еврей может говорить на любом языке, лишь бы помнил, что он еврей, и ценил свою наследственную особость.
Солженицын проваливается в это противоречие между научным и идеологичесим значениями слова «ассимиляция». Проваливается недопустимо глубоко. Так же как в начале, обсуждая тему «что такое еврей», он вольно или невольно согласился с тем, что это вопрос «крови», так обсуждая проблему ассимиляции «еврейства» он опять напоролся на расистскую аргументацию – на прооблему смешанных браков. Солженицын пишет: «Как понимать и предсказывать судьбу диаспоры — во многом зависит от смешанных браков. Смешанные браки — это самое могучее и неуклонное средство ассимиляции. (Не случайно Библия так строго запрещает их. «Господу они изменили, ибо родили чужих детей», Осия 5:7.) Когда Арнольд Тойнби предложил смешанные браки как средство борьбы против антисемитизма — сотни раввинов выступили против того» (с.514-515). И находит в подтверждение соответствующую цитату: «Как только смешанные браки становятся массовым явлением, они означают конец еврейства» .
Он приводит «ужасающую» статистику: «В 1960-х годах количество "смешанных браков" в США, крупнейшей еврейской общине мира, оценивалось примерно в 6%. Сегодня [в 90-х], спустя только одно поколение, их уже 60% — десятикратный рост...И ко всему сказанному: «лишь незначительный процент детей из "смешанных семей" готовы вести явно выраженный еврейский образ жизни» .
А в России? Израильская энциклопедия даёт такие цифры: в 1988 в РСФСР в смешанных браках состояли 73% женатых мужчин-евреев и 63% замужних евреек (рост по сравнению с 1978 — на 13% для мужчин и на 20% для женщин). «Состоящие в таких браках объективно значительно быстрее теряют еврейское самосознание и чаще склонны декларировать принадлежность к иной национальности при переписях населения» .
И еще одну удивительную цитату приводит Солженицын без комментариев: «Сегодня, «когда бытовой антисемитизм так резко сократился... потеряны многие великие принципы, бывшие мощными опорами самоидентификации в прошлом»
Если сокращение антисемитизма привело к потере принципов самоидентификации, значит не такими уж «великими» были эти принципы. Бытовой антисемитизм выражается в первую очередь в ксенофобии к инородцам-евреям и отторжении смешанных браков с ними. Отторжение смешанных браков со стороны жертв антисемитизма по сути дела – та же самая ксенофобия. Но – теряющая без антисемитизма оправдательный смысл.
***
Остановимся на минутку. «Смешанный брак» – это такое же двусмысленное идеологизированное понятие, как «ассимиляция». В ненационалистическом демократическом обществе смешанным межнациональным браком называют брак представителей двух разных культур. Например брак англичанина с француженкой (при том, что оба идентифицируются по родной культуре, а не по происхождению предков).
В советском обществе, воспитанном на чисто расистской «пятой графе», смешанным считается брак, где смешиваются не культуры, а паспортные «национальности». То есть брак, может быть смешанным, даже если супруги выросли в одном городе, учились в одном классе и не имеют никаких других родных языков, кроме русского.
В «еврейском нацинальном движении» смешанным считается брак еврея по происхождению с неевреем по происхождению. Причем именно таким же образом интерпретировалось понятие «смешанный брак» в расовой теории нацистов.
Не знаю, решился бы Солженицын заявить, что настоящий русский – это человек с русской кровью, и , чтобы сохранить русский народ, нужно избегать смешанных браков с инородцами. Но в отношении «еврейства» он соглашается именно с такой концепцией. Соглашается с трудом, чувствуя, видимо, какая бездна открывается под тонким слоем интеллигентской риторики.
Солженицын с удовольствием принял бы концепцию чистого национального духу, абстрактную ни к чему не обязывающую формулировку вроде того, что «евреи — судьбоносно для еврейства — сохраняют себя и при всех внешних признаках ассимиляции, сохраняют «внутренний облик еврея» (Соломон Лурье) (с.519).
Но он все время наталкивается на вульгарную изнанку, которую как честный человек не может не заметить: «...женщина большого развития и широких политических интересов, Т.М.Л., высказала мне в Москве в 1967: «Ужасно было бы жить среди одних евреев. Самое ценное в нашем народе — космополитизм. Ужасно, если все соберутся в маленькое милитаристское государство. Для ассимилировавшихся евреев это совершенно непонятно». Я ей в ответ, робко: «Но для ассимилировавшихся евреев тут и проблемы нет, они ведь уже не евреи». Она: «Нет, какие-то гены в нас остаются» (с.519).
Солженицын возражает: «Ключ — не в фатальности происхождения, не в крови, не в генах, а: чья боль прилегает ближе к сердцу: еврейская или коренной нации, среди которой вырос?» (с.519).
Неубедительное возражение. Так гены или боль отличают «коренную» нацию от «еврейской»? То есть, кровь или идеология?. Кроме того, при полной культурной гомогенности, как еще отличить «коренную» нацию от «еврейской» если не по «генам»? И на что еще опираться идеологии, как не на «гены»? Ведь только что сам Солженицын согласился с опасностью смешанных браков.
Увы, никуда от «генов» при таком подходе не деться.
Тут хорошо видно, как тонка перегородка, отделяющая либеральный национализм от крайнего, расистского. И как много усилий нужно тратить, чтобы удержаться на краю и убедить себя, что все нормально – никакой пропасти под ногами нет. А оппонентов-националистов убедить, что ты свой, единомышленник, хочешь только добра и призываешь быть совестливыми.
Напрасные хлопоты. Массовая реакция на книгу Солженицына в кругах «русского еврейства» обычно двух сортов. Либо презрительная – «все, что он написал, мы и так знаем», либо злобная – «антисемит».
И то, и другое – несправедливо. Такую информацию об «еврейском национальном движении» еще никто не собирал и никто таким образом не интерпретировал.
А обвинение в антисемитизме – просто вздор. Другое дело, что конструктивная критика книги из рядов ее героев – «идейных евреев» – практически невозможна. Совестливых националистов мало.
Что естественно.

***
Солженицын написал странную и трогательную книгу. С одной стороны, она обречена на неуспех. Вникнуть в предмет исследования ему не удалось. Дать ясный исторический анализ процесса, который он взялся описывать – тем более.
Его призыв к националистам всех стран протянуть друг другу руки и вместе решать общие духовные проблемы шансов на отклик не имеет – что и было немедленно продемонстрировано поношениями в «еврейской публицистике». Сомневаюсь, чтобы и массы русских националистов охотно поддержали его откровенное юдофильство. Похоже, что даже на сочувствие своим усилиям понять то, что на самом деле не понимает сегодня в мире практически никто, ему рассчитывать нечего. Тема – в том виде в каком Солженицын ее интерпретировал – табуизирована со всех сторон. И с юдофильской, и с юдофобской. И просто – с научной. Время не пришло.
Заслуга Солженицын в том, что он за эту тему вообще взялся, едва ли не первый. Он собрал удивительную коллекцию взрывоопасного материала, не побоялся копаться в нем и выявил самые болезненные и противоречивые проблемы. Не решил, но выявил. И не побоялся опять остаться в одиночестве.


__________________________________________________________________


Краткая Еврейская Энциклопедия (далее — КЕЭ). Иерусалим: Общество по исследованию еврейских общин, 1982. Т. 2, с. 405.
А. Воронель. Лёгкое порхание вокруг тяжёлых проблем // "22": Общественно-политический и литературный журнал еврейской интеллигенции из СССР в Израиле. Тель-Авив, 1992, № 82, с. 125.
Эд. Норден. Пересчитывая евреев // "22", 1991, № 79, с. 118
А. Кестлер. Иуда на перепутье // Время и мы (далее — ВМ): Международный журнал литературы и общественных проблем. Тель-Авив, 1978, № 33, с. 99
Д. Левин. На краю соблазна: [Интервью] // "22", 1978, № 1, с. 56.
Г. Галкин. Что такое «еврейскость»?// "22", 1989, № 66, с. 88-89.
КЕЭ, т. 6, с. 230.
А. Каценеленбойген. Антисемитизм и еврейское государство // "22", 1989, № 64, с. 173.
Российская Еврейская Энциклопедия. 2-е изд., испр. и доп. М., 1994. т. 1, с. 5.
КЕЭ, т. 5, с. 49.
Национализм – счет «своих» по культуре, расизм – по происхождению. Хотя граница тут размыта. Практически всегда ксенофобия к представителям чужой культуры переходит в ксенофобию к инородцам. Слишком легко и удобно идентифицировать чужаков по внешним признакам, внешности и происхождению.
Амос Оз. Понятие отечества // "22", 1978, № 1, с. 30.
Эд. Норден. Пересчитывая евреев// "22", 1991, № 79, с. 119.
Дж. Мюллер. Диалектика трагедии: антисемитизм и коммунизм в Центральной и Восточной Европе // "22", 1990, № 73, с. 96.
Жан-Поль Сартр. Размышления о еврейском вопросе // Нева, 1991, № 7, с. 151
Вл. Жаботинский. На ложном пути // Вл. Жаботинский. Фельетоны. СПб.: Типография «Герольд», 1913, с. 249
А. Этерман. Истина с близкого расстояния // "22", 1988, № 61. с.98;
Николай Бердяев. Философия неравенства, с. 82-83.
Левин. На краю соблазна: [Интервью] // "22". 1978, № 1, с. 53.
А. Воронель. Накануне XXI века // "22", 1991, № 74, с. 146-147
Н. Вайман. Кризис цели // "22", 1979, № 7, с. 150.
Амос Оз. О времени и о себе // Континент, 1991, № 66, с. 242-243.
Солженицын пишет: «Однако понятие этнической общности имеет тенденцию огрубляться в общность по крови. В «книге о русском еврействе» так уже и пишется запросто: «Николай Метнер (в жилах которого текла еврейская кровь)».( Г. Свет. Евреи в русской музыке // Книга о русском еврействе: От 1860-х годов до Революции 1917 г. Нью-Йорк: Союз Русских Евреев, 1960, с. 465)». С. 9.
«Еврейская история» и минимальный набор религиозных обрядов – это для современного секулярного еврейского национального движения что-то вроде того, чем была политграмота для наследственных пролетариев в ранне-большевистские времена. Тогда тоже принадлежность к высшей касте определялась происхождением. Но сознательный пролетарий изучал политграмоту, а несознательные обходились без нее и были объектом политико-воспитательной работы. Оставаясь при этом социально-близкими.
Среди современных «идейных евреев» тоже популярно мнение, что не следовало во время революции еврееям вмешиваться в «русские» дела.
Б. Орлов. Не те вы учили алфавиты // ВМ, Тель-Авив, 1975, № 1, с. 129, 132-133.
В. Богуславский. Галуту — с надеждой // "22", 1985, № 40, с. 133, 134.
Г. Файн. В роли высокооплачиваемых швейцаров // ВМ, Тель-Авив. 1976, № 12. с. 133-134.
А. Этерман. Истина с близкого расстояния // "22", 1987, № 52, с. 112.
Р. Нудельман. Советский антисемитизм — причины и прогнозы: [Семинар] // "22", 1978, № 3, с. 147.
Ф. Колкер. Новый план помощи советскому еврейству // "22". 1983, № 31, с. 145.
Ю. Штерн. Ситуация неустойчива и потому опасна: [Интервью] // "22", 1984, № 38, с. 130.
Ю. Штерн. Ситуация неустойчива... // "22", 1984, № 38, с. 130.
А. Воронель. Будущее русской алии // "22", 1978, № 2, с. 186.
Ник. Шульгин. Новое русское самосознание // Век XX и мир, М., 1990, №3, с. 27.
Бени Пелед. Мы не можем ждать ещё две тысячи лет! [Интервью] // "22": Общественно-политический и литературный журнал еврейской интеллигенции из СССР в Израиле. Тель-Авив, 1981, № 17, с. 114.
Н. Шапиро. Слово рядового советского еврея // Русский антисемитизм и евреи: Сборник. Лондон, 1968, с. 50-51.
Яков Якир. Я пишу Виктору Красину // Наша страна, Тель-Авив, 1973, 12 дек. — Цит. по: Новый журнал, 1974, № 117, с. 190.
Ф. Горенштейн. Шестой конец красной звезды // ВМ, Нью-Йорк, 1982, № 65, с. 125.
. Сны земли // "22", 1980, № 12, с. 129.
Г. Померанц. Человек ниоткуда // Г. Померанц. Неопубликованное, с. 157.
М. Хейфец. Русский патриот Владимир Осипов // Континент: Литературный, обществ.-политический и религиозный журнал. Париж, 1981, № 27, с. 209.
Ш. Маркиш. О еврейской ненависти к России // "22", 1984, № 38, с. 218.
А. Воронель. Трепет иудейских забот. 2-е изд. Рамат-Ган: Москва-Иерусалим, 1981, с. 122.
Р. Рутман. Уходящему — поклон, остающемуся — братство // Новый журнал, 1973, № 112, с. 286.
Александр Галич. Песни. Стихи. Поэмы. Киноповесть. Пьеса. Статьи. Екатеринбург: У-Фактория, 1998, с. 586.
М. Аксёнов-Меерсон. Еврейский Исход в российской перспективе // ВМ, Тель-Авив, 1979, № 41.
Г. Сухаревская. [Письмо в редакцию] // Семь дней, Нью-Йорк, 1984, № 51.
И. Шломович. Оглянись в раздумье...: [Круглый стол] // "22", 1982, № 24, с. 138.
В. Лазарис. Ироническая песенка // "22", 1978, № 2, с. 207.
Эд. Норден. Пересчитывая евреев* // "22", 1991, № 79, с. 126.
И. Либлер. Израиль — диаспора... // "22", 1995, № 95, с. 151, 152.
Краткая Еврейская Энциклопедия. Иерусалим: Общество по исследованию еврейских общин, 1996. Т. 8, с. 303. Табл. 15.
И. Либлер. Израиль — диаспора... // "22", 1995, № 95, с. 156.




rus_vopros: (Default)
23 апреля в Питере должна быть конференция ,  но :

Оригинал взят у [livejournal.com profile] andreychernuhin в Обыски и задержания в Санкт-Петербурге
Сегодня утром в Санкт-Петербурге прошли обыски у Дины Гариной и Степана Иванова, связанные будто бы с новым уголовным делом по митингу 15 марта 2015 года. Дину Гарину повезли на допрос, Степан Иванов также задержан. Будем следить за развитием событий. Степан Иванов известен как активный националист, по совместительству руководитель отделения партии "Великая Россия" в Санкт-Петербурге. На втором фото в центре.



















rus_vopros: (Default)
Наконец-то Витухновская выдала прекрасное :


Оригинал взят у [livejournal.com profile] ukhudshanskiy в Эрефия - территория чудовищного безумия и глубочайшего дискомфорта путинщины
Оригинал взят у [livejournal.com profile] b_mikhailov в НЕСЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ
Эрефия путинщины территория безумия ещё и потому, что в ней нет нормального представления о собственности - ни юридически, ни ментально.
Руский человек столько раз отдавал всё, что имел без возврата, без компенсаций, что кажется уже заранее как-бы смирился быть обобранным в очередной раз. Нет, не постиг он пока представления о святости и неприкосновенности частной собственности, зато есть внутренняя убеждённость в сакральности вот этого - "Бог дал, Бог взял".
Ему как-бы не за что уцепиться в реальности, не с чего вести отсчёт.
Эта ситуация глубоко претит Национальному Сознанию. Носитель Национального Сознания (вроде меня) от того испытывает величайший и глубочайший дискомфорт.

Алина Витухновская

rus_vopros: (Default)
Удивляют посты некоторых "руских националистов", которые из-за нелюбви к упырю-Сталину, тандему-Путину и другим правителям предлагают отдать Калининградскую область - Германии, Крым - Украине, а Курильские острова - Японии. Все эти земли достались России кровью простых руских мужиков, за Крым и войны с Японией Россия вела задолго до Упыря и, тем более, Тандема. Никому мы ничего наше руское "возвращать" не собираемся. А кто предлагает "отдать" - это не руские националисты, а безродные космополиты.
Чем националист отличается от неосоветчика?
Неосоветчик хочет видеть неосовецкими Таллинн и Берлин, а националист хочет видеть рускими Москву, Питер и Ставрополь.








по материалам -- http://rus-vopros.livejournal.com/6242499.html
gallago_75   и

http://rus-vopros.livejournal.com/6240119.html
rus_vopros: (Default)
Свобода ставит на руских националистов и начинает их поддерживать ?
Коренной перелом в политике Свободы ?

начало --  http://rus-vopros.livejournal.com/6220522.html

часть 2-я -- http://rus-vopros.livejournal.com/6221256.html


Владимир Басманов предпочитает не пользоваться телефоном и скайпом, поскольку опасается, что ФСБ может вычислить его местонахождение. Старший брат Владимира, Александр Белов (Поткин), лидер запрещенного ДПНИ, уже полтора года находится в тюрьме и может быть осужден на длительный срок лишения свободы. Основатель различных организаций русских националистов и инициатор проведения Русского марша Владимир Басманов с 2010 года находится за границей, "на нелегальном положении", но не прекращает политической борьбы. В изгнании он основал комитет "Нация и Свобода", а 15 марта обратился в Международный уголовный суд в Гааге с требованием инициировать преследование Владимира Путина.
Басманов обвиняет Путина в военных преступлениях и преступлениях против человечности, совершенных на территории России, Украины и Сирии, организации преследований и убийств оппозиционеров, правозащитников и журналистов и в построении диктатуры, основывающейся на репрессиях, пытках и похищениях. В интервью Радио Свобода Владимир Басманов рассказывает о причинах бегства из России, аресте брата, иске в Гаагский суд и своем отношении к войне на востоке Украины.
Разговор с Владимиром Басмановым продолжает цикл публикаций, посвященных перспективам русского национализма. Ранее на наши вопросы отвечали Дмитрий Демушкин, Константин Крылов и Алексей Широпаев.

– Почему вы решили покинуть РФ-ию?


Владимир Басманов
Владимир Басманов

Этому предшествовало несколько обстоятельств. Попробую перечислить основные. В 2010 году общественно-политическая организация, которую я на то время возглавлял и которая была крупнейшей среди националистов на то время, ДПНИ (запрещена властями РФ в 2011 году), стала получать всё большую поддержку в стране, почти каждый день открывались новые отделения в разных регионах, заявления на вступления шли массово, причем без всякого финансирования, на простом энтузиазме людей, ежегодный Русский марш, проводимый нами в почти сотне городов страны, стал собирать много тысяч человек, что показывало наши возможности (до антипутинских выступлений 2011–2013 годов он был самой крупной массовой политической манифестацией), и, видимо, начал пугать власти (которые даже фонд "Город без наркотиков" Ройзмана преследовали просто за популярность). На это накладывалось еще два существенных момента. Белов, глава ДПНИ в 2008–2009 годах, был фактически выключен из любой общественной и политической работы, осужден и получил условный срок, покинул пост руководителя и вообще на несколько лет отошел от активности, однако вместо, захирения ДПНИ, все вышло наоборот: должность высшего руководителя была разделена – Владимир Ермолаев стал руководителем политического руководства, а я – исполнительного. Фактически тогда я возглавил ДПНИ уже во второй раз (первый раз я был руководителем в 2002–2008 годах), не дал уничтожить движение. К тому времени я уже давно понимал, что простая общественная активность ("подсказать властям, как надо выстраивать миграционную политику") уже не работает, то есть цели ДПНИ – визовый режим с Азией и Закавказьем, вообще решение вопроса с миграцией в пользу коренного населения страны, хотя бы не хуже, чем много где в Европе, не могут быть достигнуты, пока существует авторитарное правление Путина. Это убедило меня в том, что необходимо из общественной организации становиться политической. На практике это вылилось в политизацию лозунгов и требований ДПНИ под моим руководством, проявление интереса к союзу с либеральными силами, выступающими за демократизацию страны, и даже оппозиционной в ту пору НБП.
К этому забыл пару штрихов: попытка уничтожить ДПНИ в 2008 году через инспирированный изнутри раскол успехом не увенчалась, массовая информационная дискредитация тоже не сработала.
Всем этим занимались Администрация президента и ФСБ. В те годы выходили тысячи (!), я не шучу, статей, направленных против нашей организации. Создавались даже специальные организации, чтобы нас "заменить", типа "Русского образа" или "Местных", но тоже все неудачно.
Сотрудники ФСБ поставили условие: или я по-тихому принимаю меры к закрытию ДПНИ, или закроют меня или просто проломят голову в подъезде.
Точкой отсчета, когда за нас взялись уже в "последний раз", можно считать конец 2009 года, тогда вышло совместное заявление Генпрокуратуры, ФСБ, еще кого-то, где перечислялись структуры, которые представляют угрозу нацбезопасности, и там рядом со всеми исламскими террористами, последователями Басаева и прочими было и ДПНИ. Это завершилось в августе 2011 года официальным запретом ДПНИ. А я был первой ласточкой в предпринимаемых действиях.
Такой был фон, когда в начале 2010 года сотрудники ФСБ поставили мне условие: или я по-тихому, пользуясь возможностями своей должности в ДПНИ (фактическое руководство всем), негласно принимаю меры к его закрытию, или закроют меня или просто проломят голову в подъезде (как Червочкину из НБП). Сначала я не придал большого значения этим угрозам (не впервой), но последствия наступили достаточно быстро.


Владимир Басманов среди участников съезда ДПНИ, 2008
Владимир Басманов среди участников съезда ДПНИ, 2008

Чекистами были найдены какие-то подростки из дальнего городка, которые, превратно понимая идею борьбы с нелегальной иммиграцией, били мигрантов, пока одного не побили насмерть. И главарю банды этих подростков эфэсбэшники предложили схему, что он дает показания, которые ему напишут, а его (организатора этих преступлений) выводят из дела, которое он же и организовал.
Они пожелали, чтобы я стал их агентом, предал своих единомышленников.
От него требовалось показать, что он со мной знаком, что организовал банду по моему указанию, что я якобы требовал от него ежемесячно убивать мигрантов и писать письменные отчеты об этом, обещал оружие, чтобы делать это получше и массово. Вот такой вот бред.
Затем эфэсбэшники пришли с этим ко мне – типа поговорить в последний раз, если я не сделаю как они хотят (а по сути они пожелали, чтобы я стал их агентом, предал своих единомышленников и уничтожил массовую легальную общественную политическую организацию, которую они мне доверили), то они дадут этим бредням ход, и тогда мой сын и жена не увидят меня лет 10–15.
Для меня тогда настал момент истины. Как же поступить? Предать своих соратников, выполнить требование ФСБ – это совершить моральное самоубийство, которое будет преследовать до конца жизни, и дело, которому отдал столько лет, самому уничтожить? С другой стороны – не выполнить, оказаться в тюрьме или с проломленной головой, тогда тоже не смогу выполнять свое предназначение в жизни, бороться за права своего народа, а это для меня крайне важно: я с 12 лет в национальном движении.

– И вы выбрали эмиграцию?

Спустился через окно, ушел от наружки, не попрощавшись с родными.
На тот момент никаких обвинений мне не было еще предъявлено, от меня ждали согласия на предательство и работу в интересах правительства, и я мог еще свободно передвигаться. При этом уже установили наружное наблюдение, вероятно, для надежности или чтобы показать серьезность намерений, или чтобы сразу взять, если решат, что я отказываюсь. И тогда я принял единственное возможное для себя решение. Увидев, что выставили наружку у дома соратника, где я переночевал, получив сообщение, что у моего дома то же самое, решил, что должен поступить так, как от меня не ждут.
Я избежал предательства, хотя в личном плане потерял всё.
В чем был, имея с собой лишь пару тысяч рублей, спустился через окно (это были нижние этажи), ушел от наружки, не попрощавшись с родными, на перекладных добрался до Беларуси, избегая поездов и покупки билетов, а затем дальше. В Москве у меня осталась любимая молодая жена, сын Игорь-Пересвет, пожилые родители, квартира в неплохом районе, хорошая высокооплачиваемая работа, друзья, родные, близкие – всё, что я любил и имел. С тех пор хлебнул лиха, скитаясь по миру, ведь я уехал абсолютно неподготовленным ни с какой стороны – бывало голодал, и даже жил на улице, но все это преодолел. В итоге я ни о чем не сожалею. Поскольку избежал предательства, а это страшный грех, и смог приносить пользу моему народу, хотя в личном плане потерял всё, но по-другому я поступить просто не мог. Согласно данным мной инструкциям (за несколько дней до этого я встретился со всеми основными лидерами ДПНИ) были назначены ответственные за то или иное соратники, которые заменили меня на некоторое время, а чуть позже я смог наладить связь из-за рубежа и снова включился в работу удаленно. И тогда властям РФ, упустившим меня, пришлось принимать другие меры, которые растянулись надолго.
Еще полтора года после этих событий ДПНИ работало. Только в августе 2011 года его запретили официально, что означает, что для тех, кто бы пожелал причислять себя к нему, в РФ полагается два года тюрьмы, поэтому было решение о самороспуске, чтобы не подставлять людей.


Владимир Басманов с сыном Игорем-Пересветом
Владимир Басманов с сыном Игорем-Пересветом

Что же до меня, то поскольку обвинения мне не были предъявлены (ждали моего ответа), а в мое отсутствие решили, что это не имеет смысла (мол, уехал – может, теперь все без него развалится, а он там сгинет где-то на чужбине), то от меня отстали в плане преследований на тот момент.

– Но вы не чувствуете себя в безопасности даже за границей?

За несколько дней до убийства путинцами Немцова я с ним обсуждал вопросы взаимодействия наших сил, он говорил, что у нас один общий враг. Все эти годы я принимал некоторые меры безопасности, но, как оказалось, недостаточные. Видимо, к исходу 2015 года власти РФ поняли, что я по-прежнему имею существенное влияние на деятельность оппозиционной части русских националистов, также, видимо, сыграла роль моя позиция в последние годы – от создания в 2011 году вместе с Демушкиным и другими по моей инициативе объединения "Русские" (запрещенного в октябре 2015-го; сейчас идут апелляции, но это уже не имеет значения), координация участия националистов в антипутинских выступлениях 2011–2013 годов, организация союза националистов со всеми оппозиционными силами в стране и вплоть до выступлений против "путинской весны" на Донбассе через организацию участия националистов в антивоенных акциях и создания комитета "Нация и Свобода", который начал объединение всех "выживших" после репрессий, оппозиционных националистов, активно с осени 2015 года (первая акция – Марш мира, сентябрь 2014 года). За несколько дней до убийства путинцами Немцова я с ним обсуждал вопросы взаимодействия наших сил, он предлагал строить колонну националистов на марше 1 марта, говорил, что у нас один общий враг, и тут он был прав. И видимо, все это не прошло мимо внимания спецслужб РФ. Что вынудило их обо мне вспомнить.
Перевернули все вверх дном, таскали на допросы местных жителей, которые давали мне кров, требовали сказать, где и как меня найти.
В начале 2016 года спецслужбы РФ озадачились моим местонахождением и смогли найти его даже за рубежом. Видимо, пока я делаю правильные дела, небесные силы хранят, и я покинул место проживания незадолго до этого, интуитивно что-то почувствовав. Через некоторое время туда, где я ранее проживал, представители неизвестных спецслужб РФ ворвались вместе с местными силовиками (не представляю, что им наговорили про меня: за рубежом я веду тихий образ жизни, посвящая все время делам в РФ, но страна, где я был, не враждебна РФ) в моих поисках. Перевернули все вверх дном, таскали на допросы местных жителей, которые давали мне кров, требовали сказать, где и как меня найти, если уехал в другую страну, то куда именно. Причем я специально проверял через своих сторонников в силовых органах РФ – меня даже нет в международном розыске. То есть совсем уже обнаглели. В других странах ведут себя уже как хозяева без минимальных юридических оснований.
Я вынужден был полностью перейти на нелегальное положение.
В связи с этими событиями я вынужден был не просто меры безопасности принимать, а полностью перейти на нелегальное положение. Если путинцы так бесцеремонно ведут себя в других странах, используя какие-то неформальные связи, то на данный момент я не готов даже просить политическое убежище где-либо, просто потому что не уверен, что власти любой страны не сольют информацию, где я и как меня найти, последствием чего вполне может быть похищение и вывоз в РФ или просто убийство. Это не шутки, вы, наверное, знаете про историю с Богдановым в Украине.

– Я разговаривал с лейтенантом ФСБ Ильей Богдановым вскоре после того, как он перешел на сторону Украины.

Илья Богданов
Илья Богданов

В Украине недавно осужден диверсант, направленный ФСБ для убийства русского политэмигранта Богданова. Доказано, что получил инструкции, оружие, был направлен, должен был его убить. Вовремя схватили его. В общем, стопроцентное повторение действий ЧК с белой эмиграцией в 20–30-е. Кстати, насколько я слышал, после этого Илья отошел от чересчур активной антипутинской деятельности, видимо, решил не дожидаться второго эмиссара из РФ.
"Передай своему мужу: или он прекратит свою антиправительственную деятельность, или мы его найдем и закопаем".
Я стараюсь не созваниваться с близкими в РФ. Как теперь понятно, возможно, благодаря этому меня и вычислили. Но иногда переписываюсь. Так вот, одновременно с движениями за рубежом, пришли к моей жене с обыском (хотя им прекрасно известно, что там ничего нет), в рамках общего давления, а затем ей прямо заявили: "Передай своему мужу: или он прекратит свою антиправительственную деятельность, или мы его найдем и закопаем", а в рамках работы "доброго следователя", предложили "спасти меня", помочь им, выманить на встречу в любую страну мира, а дальше "они сами сработают". На возражения моей жены, что Басманов ни в чем не обвиняется, просто посмеялись, ответив, что всегда найдут картинки, размещенные им незаконные в интернете, а если будет упорствовать, то и любые уголовные дела нарисуют, самые тяжкие: мол, не будьте дурочкой. Вот такие методы – теперь обычная реальность против любой оппозиции в РФ.
Дмитрий Демушкин говорил мне в интервью, что "до 2011 года национализм сам по себе никогда не был оппозиционным, до 2011 года националисты не выдвигали лозунгов против власти". Это не так?
Пришло осознание, что РФ – это не Россия, это продолжение во всех смыслах СССР.
Мой коллега Дмитрий Демушкин говорил о себе, а не вообще. На самом деле элементы оппозиционности были намного раньше. Иначе бы не было выступления Белова в 2005 году на первом Русском марше про политику РФ в отношении мигрантов, и на втором марше 2006 года, где Сурков, тогда глава всей внутренней политики, был назван плохими словами, не было бы Марша на Кремль, организованного ДПНИ в 2008 году, не было бы проломленной головы Белова затем (он еле выжил после покушения, а эфэсбэшники явились в больницу через минуту после того, как его туда занесли; как сейчас стало известно – за попыткой его убийства стоял будущий замминистра ДНР Симунин, по линии Администрации президента это делалось). Но в глубинном плане Демушкин прав. Правда, это лично для Дмитрия водораздел – 2011 год, когда в рамках объединения "Русские" я убеждал его, что надо ему идти на антипутинскую манифестацию вместе с либералами, потому что иначе нас завтра всех перебьют поодиночке.



Русский марш, 2013
Русский марш, 2013


–​ За Новороссию, по вашим словам, выступают "косые и кривые". К этому не очень удачному кремлевскому проекту вы вообще никаких симпатий не испытываете?
Чекист Гиркин вел подлую борьбу с русскими националистами.
Я не виноват, что это правда.​ Мои взгляды на эту жуткую антирусскую путинскую авантюру достаточно подробно изложены во многих статьях и заметках за 2014 год, которые распространяли.

             ___________________________________________________________________________________________
А не провокация ли очередная и Сваобода с Басмановым
всего лишь очередные жертвы этой грандиозной провокации ?!




источник -- http://www.svoboda.org/content/article/27635574.html#hash=popupRepublish


вы имеете право со всем этим не солашаться и иметь своё мнение, - вот так !!!
rus_vopros: (Default)
часть 1-я ---  http://rus-vopros.livejournal.com/6221424.html


Для ДПНИ этот водораздел настал гораздо раньше. Первые симптомы появились в 2006 году. События в Кондопоге (куда я направил Белова, и он там стал известен на всю страну) были восприняты Путиным как какие-то опасные для РФ действия (как мне передавали, тогда всерьез опасались в Администрации президента, что Кондопога – лишь начало чего-то, что из-за рубежа направляется для дестабилизации режима Путина), тогда еще оппозиционный Рогозин вошел в Общественный совет Русского марша, а подконтрольные Кремлю СМИ захлебывались от тысяч статей против "врагов России из ДПНИ, которые хотят развалить и нарушить стабильность".





Была попытка уничтожить ДПНИ изнутри агентурой ФСБ, а затем и просто попытка убийства Белова.
А окончательно все для нас прояснилось в 2008–2009-м. Что режим не подлежит ремонту, РФ – не Европа, здесь нельзя "повлиять на власть" общественной активностью (чем занималось ДПНИ), власть в стране захвачена просто бандой, которой плевать на любое народное мнение. Была попытка уничтожить ДПНИ изнутри агентурой ФСБ, а затем и просто попытка убийства Белова, убийство (подстроенная автоавария) в тот же день главы Службы безопасности ДПНИ. К 2011 году 90% всех влиятельных лидеров ДПНИ имели уже сложившиеся, на основе и практике, весьма радикальные оппозиционные настроения. 4 ноября 2011 года Белов, представлявший родившееся тогда объединение "Русские", объявил на многотысячном Русском марше, что националисты начинают кампанию за отставку преступника и узурпатора власти Путина, которая начнется в день выборов в Госдуму, и наши соратники первые вышли в центр Москвы и дрались с ОМОНом вечером 4 декабря 2011 года, после объявления итогов подделанных выборов. Сам Белов провел тот вечер в автозаке. Другие политические силы и более массовые выступления уже были потом.
Но ведь до этого были варианты сотрудничества с властью, и ДПНИ поддерживало хорошие отношения с Рогозиным, с Глазьевым, были и контакты с МВД…
Власть хочет нас уничтожить, и не только нас, а вообще всех, кто выражает любую альтернативную точку зрения.
С властью, а точнее, с захватившими власть (в РФ по факту с 1993 года уже диктатура) допускалось разумное сотрудничество до тех пор, пока не стало понятно, что цели власти противоположны целям националистов и власть хочет нас просто уничтожить, и не только нас, а вообще всех, кто выражает любую альтернативную точку зрения на что-либо. С Рогозиным, Глазьевым были хорошие отношения, когда они были в оппозиции. Когда перестали, никаких отношений не стало. С МВД "контакты" есть у любого, кто заявления пишет туда с требованием, например, возбудить уголовное дело по факту преступления или согласовать уличную манифестацию. Да, отношение к МВД поменялось: до 2008–2009 года считалось правильным налаживать сотрудничество (я сам давал такие инструкции региональным лидерам: "Сходите в органы власти, МВД, ФСБ, прокуратуру, представьтесь, познакомьтесь, расскажите, что ваша задача – содействовать соблюдению законов"), чтобы бороться с нелегальной иммиграцией, затем стало ясно, что МВД работает на правительство, цель которого – как раз завезти побольше мигрантов и заменять русское население на покорных мигрантов, которые не будут рассуждать о правах и свободах, поэтому относиться к МВД надо лишь с тем, чтобы использовать его, где возможно, против самой системы.
– Ваши взгляды тоже менялись или вы изначально, до того как спецслужбы взялись за вас, были противником Путина?Предназначение большинства населения – быть сырьем для процветания кучки воров и убийц.
– Лично я был всегда противником Путина. В 2000 году я ругался со своими единомышленниками-националистами, говорил им, что режим Путина приходит, чтобы сохранить власть воров, поскольку Ельцин просто ослаб, и "мало ли что", не верьте всей болтовне про "величие", Чечню и прочее, это обман для телезрителей, суть этих людей одна и та же. Однако в 2000–2004 годах я еще лелеял мысль, что режим можно менять изнутри, разными путями – от внедрения в него до давления (о чем рассуждал с тогдашним своим другом Ильей Горячевым, который сохранил эти взгляды и перешел по сути на сторону врага, а теперь получил от него "благодарность"). В 2004–2008 году я надеялся, что на режим можно повлиять в сторону эволюции. Затем эти иллюзии ушли вместе с ростом моего жизненного опыта. Что касается движения в целом, то эти процессы несколько запаздывали, но это нормально, лидеры должны первыми понимать что-либо.
Вы сказали, что остерегаетесь поддерживать контакты с родственниками. С братом вы тоже не переписываетесь?
Белов обсуждал планы, которые могли завершиться падением режима чекистов, а они злопамятны.
С ним, как и с рядом других политузников, можно переписываться без указания обратного адреса благодаря сайту Навального. Сначала не переписывался, предполагал, что это может ему повредить, учитывая мою деятельность. Но потом получил через других людей письмо от него, где было много просьб ко мне различного характера, понял, что ему нужно мое содействие в разных вопросах. И установил относительную связь (раз в месяц примерно отправляю ему письмо). Возможно, это тоже послужило дополнительным поводом для суеты россиянских силовиков.​
– Что вы думаете о странных обвинениях, которые против него выдвинуты: о причастности к хищению пяти миллиардов долларов у вкладчиков казахского БТА-банка?
Белов оказался в застенках потому, что в РФ трудно оказаться на свободе, как, например, невозможно ругать Ким Чен Ына в Северной Корее и не подвергнуться репрессиям. Но важно понимать, это был его сознательный выбор.
Попробую перечислить причины его ареста:
1) Месть за то, что был одним из лидеров антипутинских выступлений в 2011–2013 годах, по сути представлял там националистов, обсуждал совместные планы с Немцовым, Удальцовым, Навальным, которые могли завершиться падением режима чекистов, а они злопамятны. Немцов убит, Удальцов сидит, у Навального сидит брат, теперь и Белов брошен в тюрьму (уже полтора года там томится).
Он отказался убить Коломойского, ФСБ было готово к такой "операции".
2) Он отказался от требований силовиков РФ поработать на интересы путинской РФ сначала отказался заняться сбором и направлением националистов в утиль на Донбасс (даже до меня такие послания доходили, правда, еще до Донбасса, по Крыму, мол, несмотря на все, Путины уходят и приходят, а Родина остается, и Родина нуждается в тебе, типичная такая разводка в стиле опять же ЧК 20–30-х в отношении белоэмигрантов, а с лидерами националистов встречались, уговаривали, посулы сулили), затем отказался убить Коломойского (это не шутка, ФСБ было готово к такой "операции" и желало втянуть в эти свои террористические намерения и Белова), затем начал публично высказываться с критикой политики РФ в отношении Украины.
Спецслужбы РФ считают его опытным и опасным политиком.
3) Белов действительно общался с оппозицией Казахстана, как и с политиками многих других стран, это нормальная практика. Однако это дало повод к фальсификации двух уголовных дел, когда это понадобилось режиму РФ. Дело в том, что дело БТА (ближайший российский аналог дело ЮКОСа) идет достаточно давно, спецслужбам удалось запугать многих участников процесса, и они с легкостью дают любые показания, не имеющие отношения к реальности (Казахстан это страна, где система ГУЛАГа сохранена чуть ли не в первозданном виде, а протестующих рабочих могут просто расстрелять без всяких проблем).
Надо понимать, что Евразийский союз
это фактически конфедерация, и взаимодействие силовиков на этой территории отлично отточено.

Александр Белов на Русском марше, 2013
Александр Белов на Русском марше, 2013

4) Удаление Белова из активной политики в РФ в условиях кризисной ситуации в стране. По той же причине сидит Удальцов. Как минимум это значит, что до выборов президента в 2018 году он будет изолирован, поскольку спецслужбы РФ считают его опытным и опасным политиком, легко находящим общий язык с другими политическими силами (а этого они боятся), на что накладывается их страх, вызванный ролью националистов в украинском Майдане и падении воровского режима Януковича (а они играли там важную роль, если не ключевую).
5) Спецслужбы РФ (а Беловым занимается Управление защиты конституционного строя ФСБ РФ, а вовсе не какие-то там финансовые или налоговые структуры) сочли, что судить Белова чисто за политику не комильфо, надо бы ему придумать что-то еще, как придумали коммунисту Удальцову "на деньги грузинского олигарха хотел революции в интересах США", придумали борцу с коррупцией Навальному, что "будучи коррупционером, украл весь кировский лес", так и русскому националисту Белову "в интересах казахского олигарха хотел с помощью казахских националистов убить всех русских в Казахстане и развалить Евразийский союз", плюс к этому снижение планки политического внутрироссийского момента "а мы тут ни при чем, лишь выполняем просьбу казахских коллег из КНБ". Почерк один и тот же. Вот откуда и зачем Казахстан в его деле.
И это всё вместе и одновременно.



Александр Белов на Русском марше, 2013
Александр Белов на Русском марше, 2013

Уже начался суд, полтора года он просидел незаконно в СИЗО уже, в его деле фигурируют формальные обвинения со стороны путинского правосудия:
а) в том, что на одном из митингов с трибуны позволил себе фразу, что пора устранить тиранию, народ должен выкинуть воров из парламента и Кремля и стать там хозяином (это квалифицируют как призыв к вооруженному перевороту);
б) в том, что хотел дестабилизировать Казахстан, развалить Евразийский союз, на основании заявления какого-то гражданина Казахстана, который в интернете три года назад прочитал анонимную статью про Белова и забеспокоился;
в) в том, что в видеоролике телепроекта "Срок" на выезде в защиту девушек, на которых напали чеченцы-кадыровцы, высказался в русле "Кадыров, война закончилась, забери уже себе обратно своих людей";
г) есть еще и так называемая экономическая составляющая обвинения, но она полностью вымышлена, то есть в действиях Белова, описываемых обвинением, просто нет состава преступления, подпадающего под статью "легализация". Если бы мы жили в минимально правом обществе, это обвинение рассыпалось бы на стадии доследственной проверки. Другими словами, прокуратура не может объявить, чем Белов нарушил эту статью. Однако именно экономический аспект широко используется подконтрольными Кремлю СМИ для дискредитации Белова.
Таким образом, суд над Беловым это откровенная политическая расправа. Его посадили не для того, чтобы быстро выпустить. Ряд фактов говорит (последний пример Квачков, которому сейчас предъявляют новые обвинения), что тем, кого не хотят выпускать, рисуют уголовные дела уже в тюрьме.
Белов не сдался, не сломался, не прогнулся, как многие.
Белов убежденный националист и оппозиционер, к тому же верующий человек, это придает ему силы в застенках, и я не думаю, что он о чем-либо сожалеет в своих поступках. Я прошу всех, кому небезразличны судьбы политических заключенных в РФ, писать письма поддержки Белову через сайт "Росузник" (это бесплатно и доступно любому) или сайт "Открытой России". Те, кто не хочет отправить письмо без посредников, могут сделать это через ведомственный сайт ФСИН за 50 рублей или около того. Учитывая тот вклад, который Белов внес в русское движение в последние 15 лет, а он был по сути его лидером многие годы, для меня он во многом, прямо скажу, герой, потому что не сдался, не сломался, не прогнулся, как многие. Надеюсь, что он и дальше сохранит свою идейность, несмотря на трудное положение. Я его очень уважаю, ведь есть за что, он достойный человек и соратник. Для тех, кто хочет узнать больше о преследовании властями РФ Александра и вообще о нем как о человеке, я рекомендую посмотреть сайт о нем, многое будет понятно.
Мы радикальнее любых либералов.
Для нас это само собой разумеется, но вы и ваши читатели могут не знать. Как изменились взгляды националистов за последние 10 лет? Пришло осознание, что РФ это не Россия, это продолжение во всех смыслах СССР, де-факто и даже де-юре. Таким образом мы живем по сути на оккупированных сто лет назад территориях, где русский народ был обращен в бесправных рабов, и освобождение не пришло до сих пор. Собственно, выбора у нас нет: или мы вернем свою страну себе, или нас просто не станет, потому что оккупационный режим совсем людоедский. В этом плане мы радикальнее любых либералов, в этом смысле нам близок разве что Каспаров с его идеей переутверждения государства, мы не считаем РФ своим государством, оно является аналогом Цинского Китая для китайцев, только еще хуже. Это не просто плохое государство, свое, плохонькое, но хоть какое, это враждебное русским оккупационное государство-концлагерь, где предназначение большинства населения быть простым сырьем для процветания кучки воров и убийц, и если ситуацию не исправить, то уже в этом веке наш народ окончательно лишится даже возможности восстановить свою государственность, просто в связи с физическим умалением, до которого его доведет власть чекистов.
Вас может убить любой эфэсбэшник на улице за то, что вы толкнули его плечом, и ему ничего не будет.
Искусственная бедность 80% населения в богатейшей стране мира (30% всех ресурсов), демографические замещение другими народами, вымирание (чтобы в этом убедиться, достаточно поездить по глубинке Центральной России) и деградация (в Псковской области уже каждый десятый рожденный олигофрен, население исчезает очень быстро), полное отсутствие каких-либо прав (вас может убить любой эфэсбэшник на улице за то, что вы толкнули его плечом, и ему ничего не будет) в условиях управления страной откровенными ворами и убийцами – все это приведет наш народ к исчезновению с лица земли уже в этом веке.
Не все лидеры националистов готовы вслух сказать эти вещи, слишком они страшные и необычные для восприятия обывателя.
Другими словами, думающие националисты пришли за эти годы к выводу, что это не "власть плохая, ее просто поправить надо", а государство чужое и враждебное в принципе. Не такое, как в какой-нибудь Литве или Польше с Италией (где может быть просто плохая власть, которую надо сменить, и дело сделано), совсем другое, оно чуждо и враждебно большинству населения страны. Как если бы какие-то оккупанты захватили бы колонию и в ней установили свои государственные институты. Тут то же самое. Только оккупанты не внешние, а сначала политическая секта, а теперь ее наследники.
Не все лидеры националистов готовы вслух сказать эти вещи, слишком они страшные и необычные для восприятия обывателя, но понимают очень многие. И Демушкин всё это понимает (но не готов сказать вслух, потому что считает, что его могут не понять, а для него это важно).
Националисты вступили с "террористическим государством" в прямой конфликт.
Вот глубинная причина изменений в нас и нашей политике в последние 15 лет. Не просто "испугались репрессий", нет, причина глубже. Националисты, кто неподконтролен Кремлю, осознали суть РФ и вступили с этим "террористическим государством" в прямой конфликт, от разрешения которого зависит, быть нашему народу или нет: так и исчезнет, став дровами для мелкой кучки правящей клики, перемоловшей кровь и жизнь нации в яхты и дворцы и обеспеченную на тысячу лет жизнь в других странах.
– Но пока можно констатировать (и Демушкин это делает), что русское националистическое движение в России разгромлено. Как, впрочем, почти разгромлено и либеральное.
Мы не испытываем недостатка в добровольцах и желающих пополнить ряды политических националистов.
Демушкин просто устал, он возглавлял много лет "Славянский союз", потом был одним из руководителей "Русских", теперь эти организации запрещены, и нужно выстраивать что-то новое. К тому же он, как мне кажется, несколько дезориентирован, так как целый год ему угрожали "всё, на следующей недели мы тебя сажаем", он ждал и ждал ареста (не на 15 суток, а надолго) и не знает, что делать сейчас ждать дальше или что-то делать в организационном плане. При этом у него нет ни малейшего желания рассказывать журналистам про националистические движения, существующие без Демушкина, в некотором роде он злоупотребляет своей известностью.

Дмитрий Демушкин
Дмитрий Демушкин

Следует признать, что националистическое движение вместе с арестом Белова и некоторым отходом от дел Демушкина потеряло 90% своей медийности. Однако мы не испытываем недостатка в добровольцах и желающих пополнить ряды политических националистов. Из более-менее активных организаций, действующих в РФ, я могу назвать Комитет "Нация и Свобода", "Непримиримая Лига", группа Владимира Истархова (ранее называлась Правая Партия), ОД "За Честь и Свободу", РОНА, РФО "Память", БАРС, Национальный Союз России и другие. Каждая из этих организаций имеет больший численный состав, чем например путинцы из НОДа. Отличное выступление националистов на марше против политического террора, который прошел в годовщину убийства Бориса Немцова, тому подтверждение.
Тысячи молодых парней и девушек готовы вести сопротивление под националистическими знаменами.
Если честно, я могу произнести жалостную тираду о том, как нас замучили репрессии, про тысячи репрессированных за мнение в интернете и постоянные призывы Путина к силовикам, требующего расправиться с националистами. И это будет правдой, но не всей. Вся правда в том, что другие тысячи молодых парней и девушек готовы вести сопротивление под националистическими знаменами. И это важно, потому что это дает надежду, а без надежды политическая борьба кажется бессмысленной.

– И вы готовы вступить с государством в прямой конфликт?
Это оно с нами уже давно вступило в конфликт по факту. Мы можем лишь констатировать этот факт и осознать причины. Если одна сторона конфликта сильнее, а другая слабее, это не значит, что конфликта нет.
– Но откуда же взяться такой силе, если ФСБ с легкостью перемололо всех лидеров, запретило все организации?
Полностью, почти до нуля, разгромлены только независимые левые.
Когда началась революция в Тунисе, оппозиционное движение там представляло собой 50 человек, которые выходили на площадь с плакатами, и их уносили потом за ноги и за руки оттуда. Так было и за две недели до начала событий, которые начались в одном малом городке с самосожжения простого торговца. Вскоре вся страна перевернулась, выступления народа возглавили те, кто еще совсем недавно был в весьма жалком виде (в сравнении с властями Туниса), и оппозиция пришла к власти в стране. Таких примеров много.
Националисты – это не то же самое, что "патриоты великой России", которые сидят у телевизора и хвалят Путина.
Вывод простой. В условиях ужесточения террора и репрессий у оппозиции нет задачи собрать под свои флаги миллионы здесь и сразу. Есть задача а) сохранить свою организованность, вместо выбитых лидеров генерировать новых, вместо запуганных активистов (которые мыслили еще старыми условиями) привлечь смелых, понимающих, что и зачем они делают; б) продолжать оставаться знаменем для всех желающих изменений через активные действия, доступные в сложившихся обстоятельствах, которые видны людям; в) когда ситуация в обществе созреет, выйти вперед на самый опасный участок, и повести людей за собой. Исходя из таковых задач, можно констатировать, что правые либералы (в большей степени) и националисты (в меньшей) пока сохраняют потенциал для достижения указанных задач. Полностью, почти до нуля, разгромлены только независимые левые, видимо это стало возможным в связи с их крайней малочисленностью.

– Но ведь значительная часть рядовых сторонников националистического движения поддерживает главное свершение путинского режима –  захват Крыма и войну на востоке Украины.
Путин –​ не Наполеон, не Гитлер, и не Сталин, и тем более не Александр III, а банальный воришка.

Поддержка националистами сих "свершений" путинского режима миф. Националисты это не то же самое, что "патриоты великой России", которые сидят у телевизора, жуют хлеб и хвалят Путина, каковых немало, конечно, в обществе. Это две разных группы людей, они пересекаются лишь немного. Меня крайне волновал этот вопрос ранее, я его специально изучал, мы провели десятки опросов среди наших соратников и сторонников. В самый разгар "патриотического беснования" весной-летом 2014-го число тех, кто подвергся влиянию псевдопатриотического безумия, не превышало 40–55%. Таким образом, изначально, в самый пик этого разгула, когда миллионы бегали, кричали, чепчики бросали, 45–60% националистов оказались с иммунитетом к этому. Это рядовые сторонники, а среди руководителей, включая многочисленных лидеров среднего звена, поддержка политики Путина в Украине была значительно меньше, в пределах 20%. Когда же угар спал, к концу 2014-го, число адептов путинской внешней политики, которые при этом сами себя считают националистами, снизилось до 10–20%. Видимо, еще 30–40% протрезвели от похмелья патриотического и более-менее пришли в ум; это, скорее, люди, которые легко внушаемы, но не такие упоротые, как 10–20% разного рода почитателей деяний сотрудника ФСБ Гиркина.

Владимир Басманов и Дмитрий Демушкин
Владимир Басманов и Дмитрий Демушкин

Таким образом, среди идентифицирующих себя националистами 45–60% сразу были в себе, а затем 80–90%. Намного больше иммунитета к путинскому агитпропу у этих людей, чем у обычных обывателей. Если взять в целом, то "украинские события" сыграли очень важную роль для националистов. И в идеологическом плане роль позитивную, а не негативную. Поясню.
До "Украины" мы имели вот эти 10–20% попутчиков, которые на самом деле не националисты, а просто банальные "имперские патриоты", к тому же глупые, поскольку Путин –​ не Наполеон, не Гитлер, и не Сталин, и тем более не Александр III, а банальный воришка, у которого в голове не империи никакие, а разного рода мелкие идеи и мысли. Эти люди, которые вечно ныли "почему это националисты вместе с либералами идут на манифестацию против политических репрессий и Путина, так нельзя, ведь либерал хуже Путина, пусть уж лучше Путин, СССР был не так плох, а давайте другую диктатуру какую-нибудь, жиды кругом повсюду, Сталин нужен" и прочие бредни распространяли в наших рядах. Теперь этих людей нет, и это отлично. Такое полезное самоочищение произошло. Как если бы в военном отряде разведчиков не стало человека, который не мог тихо передвигаться при выполнении задания, а был болен головой и все время орал что-то странное. Так что это благо, а не вред.
Взять последний Русский марш в Москве –​ оттуда исчезли почти все кривые и косые люди с сумасшедшими плакатами.
Если внимательно проанализировать активность националистов за последние два года, то можно увидеть, что она стала гораздо более политизированной и здоровой. Большинство уличных акций так или иначе связаны с оппозиционным мейнстримом, а не наоборот (наоборот и раньше не было, но были опасения, что "не надо вот так радикально, а то вдруг те 10–20% не поймут"). Да просто взять последний Русский марш в Москве 2015 года –​ оттуда исчезли почти все кривые и косые люди с сумасшедшими плакатами, все в числе 200 человек убежали проводить свой отдельный "марш за Новороссию", это же только нам на пользу. А лозунгами стали такие, которые раньше не все решились бы озвучивать из-за боязни "потерять" симпатию всякого рода "имперских патриотов, грезящих о железном Путине": "За права и свободы русского народа, Долой чекистский строй! Долой диктатуру! Свободу Александру Белову, Алексею Колегову и всем политзаключенным!" Следует четко осознавать, что националисты получили серьезные проблемы в 2014–2015 годах не из-за своей здоровой позиции в отношении убийства славян на территории Украины, а из-за крайнего усиления репрессий на территории РФ. Это две большие разницы. Нужно понимать, что военная кампания против Украины изначально затевалась, чтобы в том числе потуже затянуть гайки и для профилактики русского Майдана. Откуда же взялся этот миф, что среди рядовых националистов много оказалось людей неразумных? К сожалению, у части левых либералов, в том числе занятых в журналистике, если привычка называть всё, что им не нравится, национализмом. Милитарист = националист, нравится российский режим = националист, не нравятся украинцы = националист, хочет жить в концлагере, но зато с ракетами = националист, – это все не так, и это создает чудовищное искажение реальности у зрителей и читателей. Некоторые националисты тоже имели привычку называть все, что им не нравилось, "либерализмом", но сейчас это пагубное пристрастие почти искоренено. Всем нам надо называть вещи своими именами, тогда не будет возникать путаницы.





–​ За Новороссию, по вашим словам, выступают "косые и кривые". К этому не очень удачному кремлевскому проекту вы вообще никаких симпатий не испытываете?
Чекист Гиркин вел подлую борьбу с русскими националистами.
Я не виноват, что это правда.​ Мои взгляды на эту жуткую антирусскую путинскую авантюру достаточно подробно изложены во многих статьях и заметках за 2014 год, которые распространяли.

           ___________________________________________________________________________________________
А не провокация ли очередная , -- и Сваобода с Басмановым
всего лишь очередные жертвы этой грандиозной провокации ?!





источник -- http://www.svoboda.org/content/article/27635574.html#hash=popupRepublish


вы имеете право со всем этим не соглашаться и иметь своё мнение, - вот так !!!
rus_vopros: (Default)
А ЧЕМ ВСЕ МОЖЕТ ЗАКОНЧИТьСЯ ?

Оригинал взят у [livejournal.com profile] sofia_vb_888 в Дождаться Путина в Гааге (Большое интервью В. Басманова для радио «Свобода»)

IMG_7152


– Обращение в Гаагский трибунал – это просто жест или вы всерьез рассчитываете на разбирательство?

"Прокурор Гаагского суда располагает огромным массивом доказательств преступлений Путина"

Да, я действительно рассчитываю. Если мировое сообщество может еще закрыть глаза на преследования, убийства журналистов и оппозиционеров в самой Российской Федерации, а также на убийство Литвиненко, то преступления Путина в Сирии и Украине просто нельзя игнорировать в рамках современного международного права. Эти преступления совершенны с чудовищным цинизмом и демонстративностью. Я думаю, что расследование, о необходимости которого заявляю не только я, но и Украина, Грузия, Турция и Польша, будет длиться несколько лет с максимальным бюрократическим заминками и соблюдением формальной дипломатичности. В настоящее время прокурор Гаагского суда располагает огромным массивом доказательств преступлений Путина, часть из которых собрана международными правозащитными организациями, и нет ни малейшего основания не дать делу ход. Уже в начале апреля в Гааге будет заслушаны первые показания по преступлениям путинцев на Донбассе. Это же не "Басманное правосудие". Мы все помним, как Запад тянул с арестами счетов Януковича и его клики. Но итог все равно будет один. Путина признают международным преступником.


Буквально на днях бывший вице-президент Конго Жан-Пьер Бемба Гомбо был признан Международным уголовным судом в Гааге виновным в совершении преступлений против человечности и военных преступлениях. Завершился суд над ним. Такая же судьба ждет тирана и предводителя шайки воров Путина – в этом для меня и всех честных людей в мире нет никаких сомнений, это лишь вопрос времени.




Читать интервью полностью: http://www.svoboda.org/content/article/27635574.html
rus_vopros: (Default)
Путин: экстремизм отравляет страну ядом воинствующего национализма
13:37, 23.03.2016 (обновлено: 13:52 23.03.2016)
Президент РФ-ии Владимир Путин подчеркнул, что нужно надежно оградить общество от заразы национализма, радикализма, ксенофобии и жестко реагировать на любые подобные факты.
"Хотел бы отметить работу органов прокуратуры в области противодействия экстремизму и терроризму. Следует надежно оградить общество от заразы национализма, радикализма, ксенофобии, жестко реагировать на любые подобные факты", — сказал Путин на расширенном заседании коллегии Генпрокуратуры в среду.
РИА Новости http://ria.ru/society/20160323/1395412845.html#ixzz43jh806ZG

И ТОЖЕ САМОЕ, но в 2015 году :
13:31, 04.03.2015 (обновлено: 13:44 04.03.2015)
Президент РФ-ии Владимир Путин выразил озабоченность ростом преступлений экстремистской направленности. Он заявил, что экстремисты отравляют страну ядом нетерпимости и агрессии, последствия чего можно наблюдать на примере Украины.
РИА Новости http://ria.ru/politics/20150304/1050853489.html#ixzz43jgQBZFw


Нельзя ли его осудить за разжигание ???


Уж за год много руского народу пересажали не за уголовщину , - а за любовь к своему народу


rus_vopros: (Default)
руководитель LiveJournal Russia Дмитрий Пилипенко:




материал находится по ссылке -- http://varlamov.ru/1583754.html
и является источником этой цитаты ...
НАЦИОНАЛИЗМ -- как любовь к своему Народу и Родине приравнен к делам наркобарышников, незаконной работорговле телами в секс индустрии и просто упоротым террористам (т. е. и к таким как коммунисты, сионисты, интернационалисты и игилловцы и прочие среди прочая), -- на самом деле это:
во-первых нарушение международного права;
во-вторых прямая ложь и подлость глупых и безсознательных людей;
в-третьих как их только назначают на работу в соцсети ???

Что, у руля ЖЖ находятся уголовники ?


rus_vopros: (Default)
О русском национализме Николай Леонов, бывший заместитель начальника советской разведки, генерал-лейтенант КГБ, доктор исторических наук, прослуживший в КГБ 33 года: «Как-то в 1997 году меня пригласили на телепередачу, в ходе которой около десятка журналистов вели перекрестный опрос меня по самым разным вопросам. Задумка состояла
в том, чтобы публично расклевать меня как личность, символизирующую прошлый период и связанную со многими революциями позднейшего времени. Среди прочих мне был задан вопрос: «Скажите, а вам не кажется странным, что вы, вчерашний яростный защитник интернационализма, превратились сейчас в столь яростного националиста?» Я, не смутившись, ответил, что наши взгляды – это не окостеневшие «идеи фикс» душевнобольных людей, а категории, меняющиеся в соответствии с изменениями в мире и стране. Я был интернационалистом, когда мой народ – руские, признанный и уважаемый в качестве старшего брата другими народами, составлявшими СССР, вёл борьбу за торжество своих идей во всём мире. Мы были великой державой, мы не замыкались в своём национально ограниченном пространстве и были готовы взять ответственность за устройство всего мира ( Николай сильно ошибался, - но все же стал националистом, - моё прим. ). Тогда, при тех целях и задачах, было естественно быть интернационалистом. Теперь же, когда руский народ отчаянно борется за выживание, когда по безумию своих руководителей он оказался расчленённым, разорённым, деморализованным, когда он подвергается нашествию иноплеменных мигрантов со всех сторон, я не могу не быть руским националистом.
НО РУССКИЙ НАЦИОНАЛИЗМ ТЕМ И ХАРАКТЕРЕН, ЧТО ОН НЕ ПОСТРОЕН НА УЩЕМЛЕНИИ ПРАВ И СВОБОД ДРУГИХ НАРОДОВ. Он терпим и дружелюбен к другим этносам и верованиям. Наш национализм оборонителен и не агрессивен.
Пленил Россию капитал,
Он бес лукавый, Жуёт,
изгадив пьедестал,
Бифштекс кровавый

Нетипичный был чекист ( Н. Леонов застрелился после событий 1991 года ), идеалист. Основная книга его "Лихолетье" . Читать онлайн или скачать можно здесьhttp://coollib.net/b/291100



Источник: http://politikus.ru/articles/3412-o-russkom-nacionalizme.html
Politikus.ru


По ссылке приведенной ниже дан проект «Правил российского трибунала для суда и наказания преступников от коммунистической власти в исторической России ( далее РОССИИ) и на её территории» выражает мнения народов бывшего СССР и Российской Федерации («РФ»), так и народов бывших совецких республиках и их представителей по всему миру. Эти мнения высказывались в различных формах буквально с начала порабощения народов России международным коммунизмом в 1917 г. и по настоящее время до начала работы Российского Трибунала.
Проект публикуется с целью получить максимальное количество мнений и пожеланий от лиц, считающих себя полномочными представителями семьи народов исторической России.

http://rus-vopros.livejournal.com/5771160.html
rus_vopros: (Default)
Пропаганда РФ-ии вторгается в область бессознательного помимо воли человека и формирует его поведение, подавляя волю ( веру ) и способность к рациональным действиям вместе со способностью к альтруизму своей нации. Такое непрошенное вторжение является одной из форм насилия государства над личностью, - и в этом надо отдавать себе отчет:



... (Российская) пропаганда широко использует внушение и формирование негативных эмоций, таких, как страх и ненависть. Пропагандисты не заинтересованы в объективной информации; вместо этого их целью является организация стереотипных реакций. Они пытаются иррационально манипулировать людьми, на подсознательном и эмоциональном уровнях. Таким образом, ужасные картины в подробностях и длинные истории о насилии, терроре и болезнях становятся постоянным элементом вечерней новостной программы "Время" на Первом. Наблюдения показывают, что в периоды политических кризисов число подобных историй возрастает, потому что они повышают чувство зависимости и разрушают волю.
Для успешного противодействия пропаганде она должна подвергаться мониторингу и многостороннему анализу: проверке фактов, анализу содержания, а также лингвистической, юридической и психологической экспертизе.
Хотелось бы заострить внимание именно на необходимости юридической и психологической экспертизы, так как многие граждане и не догадываются о том, что пропаганда нарушает их гражданские права и психическое здоровье.
Необходима психологическая\психиатрическая экспертиза, так как присутствует внушение и другие виды психологических манипуляций. Юридическая экспертиза должна отслеживать случаи посягательства на достоинства и права человека.
Российской пропаганде требуется публичный контроль и правовая оценка, так как она нарушает юридические нормы и стандарты коммуникации (призывы к насилию, возбуждение ненависти и вражды по идеологическим, политическим и национальным признакам), а также по причине использования методов убеждения, которые общественность не может анализировать и которым не может противостоять  Пропаганда - это вид боевых действий, и к ней нужно относиться соответственно. Принцип свободы слова к данной ситуации не применим.


Странно, что прямые оскорбления, угрозы и разжигание вражды, которые постоянно звучат по центральному телевидению, остаются без внимания. Странно, что оппозиция  подвергается шельмованию, их портреты вывешиваются на плакатах как на позорных столбах, а они игнорируют эти действия, вместо того, чтобы подать в суд. А о Вкраине российские пропагандисты уже столько наговорили, что хватит на несколько уголовных статей всем, включая дирекцию всех смрадных СМИ как РФ-ии так и самой Вкраины !!!  каналов.




по материалам -- http://persona-grata.livejournal.com/1064202.html

Понятие свободы, взятое отвлечённо, в разрезе "да здравствует", — есть понятие вздорное. Свобода может быть и будет здравствовать, но вам-то придётся совсем плохо. Рядовой человек заинтересован в целой массе совсем простых вещей: в свободе труда, веры, передвижения, в безопасности от "татар" и от чекистов, и в том, чтобы его не заставляли кричать "ура" татарам или чекистам ...
Гипноз свободы оплачивается очень дорого, как и гипноз любого вранья. Русский народ имел свободу
в Москве, для того чтобы наполовину потерять её в Петербурге и попасть на галерные работы в СССР.
После СССР нам будут предлагать очень многое. И все будут врать в свою лавочку. Будет много кандидатов: в министры и вожди, в партийные лидеры и военные диктаторы. Будут ставленники банков
и ставленники трестов — не наших. Будут ставленники одних иностранцев и ставленники других.
И все будут говорить прежде всего о свободах: самая многообещающая и самая ни к чему не обязывающая тема для вранья ...
Появятся, конечно, и новые пророки — изобретатели какого-нибудь нового земного рая — то ли в одной нашей стране, то ли во всей поднебесной. Появятся и новые сумасшедшие... В общем — будет всякое. И на всякого "мудреца" найдётся довольно простаков — с этим ничего не поделаешь: бараны имеются во всех странах мира — от самых тоталитарных до самых демократических. Их, как известно, не сеют и не жнут.
Постарайтесь не попасть в их число. Это — не так просто, как кажется.

Ив. Солоневич
rus_vopros: (Default)
рожденные альтруистами




https://youtu.be/Qvr6OL7cZvg



по итогам стяпана ДЕМУРы семинаров :





Абсолютно ничего нового не происходит.
Это происходило десятки раз уже в истории, - и в XIV веке, и в XV веке, и на нашей уже памяти. Причем механизмы развития кризиса одинаковы, механизмы смены власти одинаковы. Про Питирима Сорокина мы уже говорили, что он еще в 40-х годах объяснил механизм отрицательной селекции, деградации власти и тому подобное. К чему все это приводит? Это приводит к тому, что в системе начинают накапливаться ошибки, чинить или исправлять эти ошибки некому, в силу отсутствия компетентности, в силу того, что работает принцип отрицательного отбора, - грубо говоря, "тупой, еще тупее", - и система рано или поздно приходит в точку, где ей нужно принимать единственно верное решение, чтобы выжить, а это решение принимать некому.
Примеров много приводилось, - из последних это Набиуллина с поднятием ставки, это весь монетарный блок... поэтому ничего сверхъестественного не происходит.
Чтобы у вас была общая картина и вы не реагировали болезненно на весь тот поток дерьма, который льется с экранов телевидения, в интернете и по радио, - нужно в голове держать простую вещь: ничего нового не происходит, это сотни раз было.
Я для вас подготовил [три материалa] для чтения, чтобы вы не верили разным там политологам, которые вещают об исключительности цивилизационного пути.

Первое - Питирим Сорокин http://www.sorokinfond.ru/
Идете на этот сайт, идете по ссылкам - и просто читаете и смотрите вокруг, поворачиваете голову, открываете глаза: какие
он давал характеристики действующим персонажам и соответствуют ли этим характеристикам действующие персонажи сегодня
и целые течения в нашем замечательном обществе. Вы будете просто поражены, насколько все точно и ясно описано.
Нужно понимать, что Сорокин не провидец, не Ванга, он просто описывал события, их систематизировал и в результате
стал отцом современной социологии. Напомню, - Сорокин -
это бывший эсер, который по-моему в 1924 эмигрировал в Штаты;
был великим ученым - а стал еще более великим ученым;
стал, как у нас говорят, более лучше одеваться.

Второе - работы Ибн-Халдуна http://www.nsu.ru/filf/rozov/publ/ibn-khaldun.htm
Это 14 век, ни много-ни мало. Он был послом Испании и Магриба, потом был Верховным судьей Египта. Он тоже интересовался сменой режимов, как происходят революции и тому подобное; написал несколько трудов по этому поводу, которые актуальны и сейчас, и с 14 века практически ничего не изменилось.
Позволю себе зачитать некоторые цитаты - как он описывал, что происходит с режимом, когда он уже близок к своему логическому завершению.
Слабеющая, но пытающая удержать власть правящая группа:
– начинает монументальное строительство («правитель расходует свою энергию на <…> строительство монументальных сооружений, гигантских строений, больших городов, и высоких построек»),
– пытается повысить дипломатический престиж страны («дары благородным посольствам из других держав и племен» Там же),
– одаривает своих приспешников,
– демонстрирует силу и благоденствие («он устраивает смотры своим войскам, хорошо им платит и выплачивает им в полном объеме ежемесячное содержание, что проявляется в [роскоши] их одеяний и блеске их вооружения, что производит впечатление на дружественные династии и устрашает династии враждебные» Там же).
Ясно, что такого рода мероприятия, с одной стороны, действительно легитимируют династию и на некоторый срок продлевают ее правление, но с другой стороны, будучи крайне затратными, усугубляют подспудный кризис и содействуют более глубокому разложению и сокрушительному коллапсу власти в дальнейшем.

Ибн-Халдун рассматривает различные варианты смены династий или монархий, - а мы фактически живем в монархическом режиме; он делает следующий вывод:
Правящий класс, достигший полной монополии власти, с течением времени разрастается и увеличивает свои потребности, что снижает его способность адекватно реагировать на истощение общественных ресурсов, упадок хозяйственной активности, обнищание и деградацию населения, утрату могущества. В этих условиях попытки демонстрации мощи и благоденствия перед внешними соперниками и своим населением, подкуп приспешников могут отсрочить, но не могут предотвратить крах режима и смену власти.
14 век, - я к тому, что ничего не поменялось в жизни, все старо, как мир, развитие как было циклическим, так и осталось, так что ничего нового не произойдет.
Все эти авторы рассматривают один безболезненный путь - некоторые уступки оппозиции, договор с ней о реформах, - тогда все происходит бескровно и относительно мирно. Но у нас на мой взгляд это к сожалению невозможно по одной простой причине, - оппозиции у нас нет. Еще раз: оппозиции, которая бы представляла различные группы населения и различные экономические группы, у нас нет.


Третье - Фон Хайек разносит в пух и прах современную экономику:
почитайте Нобелевскую лекцию, называется она очень просто - Претензии знания. http://www.hayek.ru/hayek2.html
Нобелевский лауреат Фон Хайек разносит в пух и прах современную экономику, причем теперь его предположения относительно предпочтений инвесторов уже доказаны рынками и статистикой, набранной на рынках. Вся современная экономика строится на предположении, что инвесторы - это рациональные существа и они принимают рациональные решения по максимизации своей будущей прибыли, и им не свойственны мании и поведение толпы. Но вот как раз австрийская школа предполает, что инвесторы не являются существами рациональными, и действия экономических агентов\регуляторов с претензией на рациональность всегда обречены на провал и приведут к обратному эффекту, только к усугублению ситуации.



Записано за Степаном Демурой, семинар от 27 января 2015.
источник -- [livejournal.com profile] persona_grata в Ничего нового, или три источника и три составных части для понимания сегодняшнего дня

Profile

rus_vopros: (Default)
rus_vopros

December 2016

S M T W T F S
     1 2 3
4 56 7 8 9 10
11 12 1314 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 07:31 am
Powered by Dreamwidth Studios